Корреспондент: Голос за кадром. Эксклюзивное интервью Вальдемара Дзики, бывшего гендиректора ТРК Украина

Корреспондент.net, 23 февраля 2011, 17:07
0
22
Корреспондент: Голос за кадром. Эксклюзивное интервью Вальдемара Дзики, бывшего гендиректора ТРК Украина
Фото: Наталья Кравчук
Вальдемара Дзики: Герои конца XX века — люди, оказавшиеся в правильное время в правильном месте

Польский телепродюсер Вальдемар Дзики за четыре года вывел телеканал Украина в лидеры отечественного ТВ. Теперь он мечтает о телевидении в глобальной сети и откровенном разговоре между поляками и украинцами

Год 2026-й, Вальдемару Дзики, бывшему генеральному директору ТРК Украина, коллеги на 70-летие дарят огромный телевизор и пульт с одной кнопкой - вкл/выкл. Да и это лишнее, поскольку монитор реагирует на голос хозяина и даже способен вступить с ним в дискуссию. К 20-м годам XXI столетия классическое ТВ практически вымерло. Отныне зритель сам формирует сетку вещания и, если хочет, сам вещает куда ему угодно.

Фантастика? Может быть. Но именно таким видит Дзики ближайшее будущее ТВ. В противном случае битва за зрительскую аудиторию будет проиграна быстрорастущему интернет-телевидению и социальным сетям.

После того как 31 января 2011 года польский телеменджер покинул свой руководящий пост на ТРК Украина, закрепив за каналом одно из лидирующих мест телерынка страны, будущее его занимает куда больше, чем прошлое. "Я вообще думаю, в интересное время мы живем, - мечтательно говорит Дзики. - Мы входим в XXI век".

- Мы уже десять лет как вошли в XXI век.

- Но как-то опоздали. Я смотрю со своей точки зрения - медиа, кино, сериалы. Что изменилось? Где наш герой? Я вот спрашиваю Вас: кто сегодня герой?

- Хорошо, давайте поменяемся местами, я буду отвечать на Ваши вопросы. Все, что Вы сейчас назвали, - кино, медиа, искусство - стало необычайно агрессивным.

- Агрессивным, для того чтобы добиться внимания зрителя. А кто был раньше героем?

- Вчерашние герои — это те, кто поднялся по социальной лестнице с низов в верхи.

- То есть во главе угла успех. Люди, которые долго на что-то работали, чего-то добивались. Когда была космическая гонка, все знали [Юрия] Гагарина, [Нила] Амстронга - это были такие люди, которых можно было назвать "герои". А сейчас мы даем все больше и больше продукта, но нет личности, нет людей, которые за всем этим стоят. Герои конца XX века - люди, оказавшиеся в правильное время в правильном месте.

Вы как журналист пишете про меня, потому что я что-то скандальное сделал. Но за этим ничего не стоит. Начало XXI века еще не построило своей модели. Поэтому люди стали более агрессивными. Агрессивный герой — он не несет за собой ничего. Тем не менее мы живем в интересное время. Многое меняется.

Вот есть один человек, гитарист, который записал себя веб-камерой и поставил видео на YouTube. 73 млн человек в течение шести месяцев посмотрели игру этого музыканта. Я понимаю: это очень хороший гитарист. Но раньше, если бы вы были хорошим гитаристом, вы не могли бы напрямую получить такую аудиторию. Вам нужен был менеджер, продюсер и т. д. Сейчас он просто у себя дома сделал это. Сейчас там [на Youtube] уже почти 100 млн.

- Это похоже на то, о чем в прошлом году говорил президент CNN Джон Клейн: "Я больше беспокоюсь о 500 млн [человек] или около того на Facebook, чем о 2 млн на Fox". Как эта история влияет на Вас? Какие превентивные меры изберет телевидение?

- Мы привыкли, что телевидение - это какие-то каналы, которые обеспечивают нас программами, телепередачами и т. д. Сейчас творится все абсолютно новое. Мы уходим от классики. Зритель сам будет формировать для себя сетку вещания. Вот такая маленькая фантастика. Лет через 10-15, это будет быстро, вы заходите к себе в квартиру, и мягкий женский или мужской голос спрашивает: "Добрый вечер. Что бы Вы хотели посмотреть — кино, новости?". Вы говорите: я хочу посмотреть картину, и называете, какую именно.

- Вообще-то люди, разговаривающие с телевизором, - это сумасшедшие.

- Да, машины, которые реагируют на человеческий голос, - это очень сложно. Это длинный путь.

- Давайте немножко ближе к нашей сегодняшней жизни. Вот сейчас стремительно развивается интернет-телевидение. Здесь снимаются телепрограммы, технологически это уже несложно. Какова же реакция классического телевидения?

- Вопрос выбора. Это самый сложный вопрос. Национальные каналы, большие каналы - они останутся, чтобы показывать, что интересно, привлекать зрителей. Чтобы в интернете вы могли сделать выбор.

- То есть классическое телевидение будет формировать вкусы?

- Формировать вкусы и показывать возможности выбора.

- Если каналы будут формировать зрительские вкусы, как они это делают сегодня, то это опасное явление. Одна моя коллега отметила, что украинское телевидение глупеет. Согласны ли Вы с таким вердиктом? Кто эти люди, кто формирует такой спрос?

- Кто делает такой выбор? Конечно, зритель. Зритель делает выборку на разных каналах. Реалити-шоу, к примеру. Многие мои коллеги говорят: вот мы упали так низко, что ниже уже нельзя. В Голландии родился ребенок перед камерой, в Англии умерла перед камерой женщина. CNN уже показывал войну в прямом эфире.

- Британский канал показал в прямом эфире эвтаназию.

- Да.

- И вот к чему это приводит. Российский сатирик Виктор Шендерович рассказал забавный случай. Он сидит в ресторане, посетительница узнает в нем телеведущего, подходит и спрашивает: "Ну, что нового в мире?". - "Да вот, началась третья мировая война". - "Прикольно. А что еще?" В итоге вы пришли к тому, что зрителя уже ничем не удивить.

- (Смеется.) Мы живем в очень интересное время, потому что будет что-то новое, что-то сформируется. Что-то случится. Европа уже не является центром мира. Поднимаются Китай, Индия. Может быть, здесь сформируются новые идеи. Пока их нет.

- Мой товарищ, он чех, когда в 1990-х годах приехал в Украину, сказал мне: "Чтобы вас понимать, мне нужно было посмотреть все советские кинокомедии". Чтобы нас понимать, что сделали Вы?

- Между нами не такая большая разница. Моя бабушка родилась под Ивано-Франковском. Есть одна рекомендация: говорить, говорить, говорить. Полгода назад я был в ресторане, разговаривал с кем-то по телефону по-польски. Возле моего стола сидел какой-то мужчина, более-менее моего возраста. Он слушает, слушает, потом говорит: "Ты поляк?". Я говорю, да.

И мы начали с ним перебирать Вторую мировую войну, кто, что кому плохое или хорошее сделал. За 45 минут беседы мы дошли до Болеслава Хороброго, который приехал в 1018 году в Киев и рубанул саблей по Золотым воротам. Мы обсудили 900 лет нашей истории, выпили два бокала вина и очень дружески расстались.

Это как анекдот, но он показывает, что нам не хватает диалога. Мы должны сделать все, чтобы люди могли свободно встречаться. У украинцев не должно быть каких-либо визовых проблем [с Евросоюзом]. Без этого не будет никакого понимания, мы не будем сидеть возле одного стола и говорить о Болеславе Хоробром.

- Когда Вы приехали в Украину, в каком состоянии застали украинское телевидение? И какое оно сейчас?

- Здесь очень конкурентный рынок. Здесь очень много общенациональных каналов. Можно сравнивать с Россией, Польшей - там этих каналов меньше. В Польше и России около трех-четырех. У нас в Украине - девять.

То, что реально меняется, - большая ставка на собственное производство. Это очень хорошо. Конечно, одни [программы] будут хорошими, другие нехорошими. Но статистика телевидения работает так, что если из шести программ две будут работать успешно, это хорошо. Если вы работаете только на покупном продукте, вы не канал, а просто ретранслятор, вы просто подаете сигнал.

- В Украине, как Вы говорите, девять общенациональных телеканалов. Все они транслируют новости. Мне непонятно, почему так происходит, когда новостей достаточно в интернете, плюс это необычайно затратные проекты. Я нахожу тому лишь одно объяснение: украинское телевидение, до сих пор остается в большей степени пропагандистским рупором своих владельцев, нежели бизнесом.

- Это проблема всей Восточной Европы. Я думаю, что все это делают, потому что есть канон национального канала. Это канал, который выпускает главный новостийный продукт вечером. Таким образом, если мы хотим сказать, что мы есть общенациональный канал, то у нас должны быть новости. Мы до пропаганды еще не дошли, мы дошли до конструкции общенационального канала.

- Назовите, пожалуйста, самые, на Ваш взгляд, успешные телепроекты украинского ТВ, кроме тех, что вышли на ТРК Украина.

- Спасибо, что Вы меня не просите говорить про ТРК Украина, потому что всегда трудно оценивать свою работу. Я вижу очень хорошую команду, которая делает развлекательное шоу Україна має талант (СТБ). Там есть потенциал на следующий проект такого рода. Я ожидаю, что нам в этом сезоне что-то покажет 1+1. А на Интере назову [телесериал] Сваты. Он сделан на собственном производстве. Это успех украинского телевидения.

- В одном из интервью, прощаясь с каналом, Вы сказали: "Все когда-то заканчивается". Что закончилось для Вас?

- Есть такой анекдот. Два буддийских монаха - один старый, другой молодой - идут по улице после дождя. И вот они видят, навстречу им идет красивая женщина. Она хочет перейти на другую сторону улицы, но ей мешает поток воды. Молодой монах взял ее на руки и перенес. Потом они идут дальше, и старый монах сильно недоволен молодым, говорит ему: "Что ты сделал, это же женщина, это искушение, это нехорошо!". Молодой ответил: "Я ее только перенес - Вы же ее до сих пор еще несете". Вот, когда я приехал в Украину, у меня была такая девушка, она называлась ТРК Украина, я ее перенес с одной стороны на другую.

- Так Вы молодой монах или старый?

- Я молодой монах. Поэтому я говорю о будущем. Можно и о прошлом, но это ничего в жизни не дает.

***

Эта статья опубликована в №6 журнала Корреспондент от 18 февраля 2011 года.

Перепечатка публикаций журнала Корреспондент запрещена

ТЕГИ: телевидение
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua
Загрузка...

Корреспондент.net в cоцсетях