МНЕНИЕ: Из огня да в полымя

Новая политическая система, к которой Украина перешла 1 января, может привести к хаосу и росту спроса на диктатуру, пишет Егор Соболев в журнале "Корреспондент".

Я всегда был сторонником ограничения президентской власти. До 31 декабря у президента Украины было слишком много прав. Фактически он возглавлял исполнительную власть — премьер-министр был в положении подчиненного. Президент же руководил местной властью: в регионах заправляли назначаемые им губернаторы и главы районных администраций, а совсем не местные советы. Президенту же подвластны силовики, Генеральный прокурор, половина Нацсовета по вопросам телевидения и радиовещания, половина Совета Национального банка, и много-много других важных органов. И это все - в нагрузку к традиционным обязанностям формировать внешнюю политику и командовать Вооруженными силами.

Такой объем полномочий требовал от президента нечеловеческого напряжения и недюжинных талантов. Где взять такого человека? На Западе большие компании тратят миллионы долларов, чтобы найти себе пристойных менеджеров. И то не выходит — спросите у клиентов Enron или Parmalat. Хотя одно дело - командовать розливом молока, а другое — целой страной. Сверхзадачи толкали президентов Украины к сверхошибкам.

Посмотрите на Леонида Кучму и Виктора Ющенко. Каждый из них — живая реклама политической реформы. Кучма умел достигать своих целей, но не мог отличить черное от белого. В результате ушел в историю тираном, фальсифицировавшим выборы. Ющенко — несомненно порядочный человек, которого за год правления ни один, самый бессовестный оппозиционер не обвинил в краже или коррупции. Обвиняли первого помощника, но Президента — нет. И это дорогого стоит.

Правда, у Ющенко - другая проблема. Он стремится использовать власть в благих целях, но у него не выходит. Например, то же дело Георгия Гонгадзе Ющенко искренне хотел расследовать. Но взял на работу такого Генпрокурора, который все загубил. И правила новые в бизнесе Ющенко хотел создать, да с премьер-министром не угадал. Похоже, даже с двумя.

Кадры, как известно, решают многое. Я сам поменял трех режиссеров за три месяца выхода моей программы. Тяжелая это ноша — менеджмент. И правильное разделение власти между ветвями и персонами — главное отличие успешных политических систем.       

Президент США — самый могущественный президент в мире. Но разве он может влиять на Конгресс? Американских лидеров, которые имели счастье обладать там большинством, можно пересчитать по пальцам. А разве президент может засунуть нос в дела штатов? Или у него большое влияние на судей, которых избирает население? Или он что-то может приказать Федеральной резервной системе? Другой архетип политического режима — парламентская система в Британии предполагает диктат большинства над меньшинством. Но большинство — это далеко не один Тони Блэр. Это большая группа людей, уравновешивающих друг друга своими взглядами и интересами.

Поэтому Александр Мороз и Виктор Медведчук — два ключевых идеолога ограничения президентской власти в 2004 году — во многом были правы. Вопрос лишь в том, кому они отдали власть.

С апреля правительство будет формироваться Верховной Радой. Как парламент это сделает - больной вопрос. Я молчу, что списки лидеров кампании — Партии регионов, Народного союза Наша Украина и Блока Юлии Тимошенко — пестрят преступниками, политическими импотентами или прожженными демагогами. Эта проблема не политической системы, а уровня развития общества. Избиратели при помощи журналистов со временем ее вылечат. Беда в другом. Действующая пропорциональная система с низким проходным барьером — согласно всем учебникам политологии — всегда будет проводить в Верховную Раду множество небольших партий, из которых ни одна никогда не сможет самостоятельно сформировать большинство. Для его создания будет необходимо не менее трех, а то и больше политических сил.

По нынешним рейтингам, даже блокирование Партии регионов с НСНУ не даст им 226 голосов. Им надо брать в коалицию БЮТ, или социалистов с блоком Литвина. Великолепная коалиция! Представьте, как она будет работать. Премьер  — Юрий Ехануров, первый вице-премьер — Ринат Ахметов, министр экономики — Николай Томенко или Александр Баранивский. Как вы считаете, это правительство сможет провести дерегуляцию бизнеса, создать справедливые суды, перейти к накопительной пенсионной системе, снизить налогообложение зарплаты, впустить рынок в аграрный сектор или жилищно-коммунальное хозяйство? Пока это ни у кого из них в отдельности не получалось. Плюс ко всему они неизбежно будут ссориться, вставлять друг другу палки в колеса, стремиться казаться, а не быть.

Опыт других стран учит, что парламентские коалиции нерешительны и неустойчивы. Для нас с апреля это будет означать, что правительства будут меняться раз в полгода, что решение всех важных задач будет откладываться, и что мы устанем от вереницы правительственных кризисов и экономических неурядиц. Такая политика может разочаровать избирателей в демократии. Гитлер пришел к власти после провала Веймарской республики, которая замучила всех немцев демагогией и гиперинфляцией. Боюсь, этот риск теперь встал и перед Украиной.

Я не сторонник президента-монарха, но отцам политической реформы все-таки стоило подумать, чем чревато подобное ослабление власти. Выходом могло бы стать усиление местного самоуправления и создание эффективной судебной системы. Нужно было ликвидировать институт губернаторов, передавать власть мэрам и местным советам. Повышать до предела зарплату судьям и их ответственность за сомнительные решения. Вместо этого они отдали власть президента раздробленному и безответственному парламенту. Нас ждут нелегкие времена.

Егор Соболев - журналист, автор и ведущий программы "Чи на пя`ть?" на 5 канале