Мнение: Мяфа

Россия будет счастлива с Дмитрием Медведевым. Если только, не дай бог, ничего не случится с истинным хозяином Кремля - Владимиром Путиным, - считает заместитель главного редактора газеты Ведомости (Москва) Кирилл Харатьян. Об этом он пишет в своей колонке в журнале Корреспондент.

Я решительно не хочу останавливаться на биографии нашего следующего президента Дмитрия Анатольевича Медведева. Желающие уточнить какие-то сведения вполне могут залезть в интернет. Одно только подчеркну: говорят, он любит царя-мученика Николая II и доволен, когда ему говорят, будто он похож на него. Нет, и еще одно скажу: Дмитрий Медведев мал ростом, даже ниже совсем не высокого Владимира Путина.

Но отвлечемся покамест от особенностей будущего гаранта российской Конституции и позволим себе краткое рассуждение о преимуществах демократии - не как таковой, а для формирования политической личности. Власть, к которой обязана стремиться такая личность, по природе своей, по смыслу - явление античеловеческое. Даже если предположить, будто властитель работает для блага народа, ясно, что оно, это благо, не может быть всеобщим, а может быть только частичным. Следовательно, на оставшуюся часть граждан властителю непременно придется наступить, проявив жесткость или даже жестокость, презрев чьи-то крошечные интересы… А главное - четко понимая, что наступил и презрел, идя на это сознательно и последовательно.

Демократия дубит моральное чувство будущего властителя, так называемую совесть. Добраться до вершин выборной иерархии можно только путем множества внешних и внутренних компромиссов, объединившись на почве общих интересов с кем-то, а затем предав своих бывших сторонников и переметнувшись в более сильную группу. Закаленная таким образом, прошедшая тщательный людоедский отбор политическая личность становится готова к высшим государственным постам.

Совершенно не такую подготовленную личность представляет собой

Вся его закалка в том, что он спутник Путина, и уже 17 лет из своих всего-то 42-х состоит при нем, выполняя более или менее ответственные задания

Медведев. Вся его закалка в том, что он спутник Путина, и уже 17 лет из своих всего-то 42-х состоит при нем, выполняя более или менее ответственные задания.

Да, Медведев неплохо говорит - не по бумажке, правильным русским языком, гладко. Но он вовсе не оратор: не зажигает толпу, не склоняет одной только силой убеждения на свою сторону противников, не дарит крылатых выражений - ему не снискать славы ни Черномырдина, ни даже жалкого черномырдинского эпигона Фрадкова.

Да, Медведев - грамотный юрист, но ни разу, кажется, его юридическая грамотность не стала предметом публичного восхищения или порицания, не укрепила чью бы то ни было позицию в общественно важной борьбе. Он не запомнился даже так, как его как-бы-соперник Сергей Иванов, неуклюже защищавший честь Министерства обороны в прошлогодней жуткой истории с искалеченным рядовым Сычевым.

Да, Медведев - либерал, хотя либерал ли? Эта его вроде бы устойчивая репутация не подтверждается буквально ничем. Он даже не министр финансов Алексей Кудрин, весь либерализм которого состоит в нежелании раскупоривать неприлично увеличивающийся российский стабилизационный фонд.

Да, Медведев - симпатичный мужчина, большеглазый, улыбчивый, но

Медведев - симпатичный мужчина, большеглазый, улыбчивый, но он не манит к себе женщин, нет в нем того особого мужского обаяния, каким отличается, например, его патрон Путин, пусть даже у Путина кунье лицо и близко посаженные глаза

он не манит к себе женщин, нет в нем того особого мужского обаяния, каким отличается, например, его патрон Путин, пусть даже у Путина кунье лицо и близко посаженные глаза. И маленький рост Медведева не создал в нем вроде бы неизбежных для маленького мужчины комплексов, проявляющихся в агрессивности и излишней настойчивости.

И однако же Медведев - типичное для русской истории явление. Он, что называется, попал в фавор, как некоторые бравые мужчины при одной нашей любвеобильной царице, как голландские ремесленники при Петре Великом, как жилистый тюменский "старец" при дворе последнего российского императора, так любимого нашим будущим президентом…

Какое качество позволило Медведеву попасть в фавор? А преданность! Редкое, заметим, даже редчайшее в нынешней политике качество; и может, еще какая-то сквозящая во всей его фигуре и повадках приличная мягкость и незлобивость.

Я знал одну такую Мяфу - некрупную собаку, выросшую при стороже какого-то безнадежного советского долгостроя. Она была предана хозяину без остатка, готова была сопровождать его всюду, таскать за ним любые посильные предметы, греть его, пьяного, когда засыпал он не в своей сторожке, а где-то еще; но при всякой опасности она неизменно пряталась за сторожа.

Конечно, для Путина, если он и в самом деле станет премьер-министром России, такой президент более чем удобен. В этой своей преданности и покладистости Медведев явно выигрывает в сравнении и с несколько деревянным, но хитроватым Сергеем Ивановым, и со старорежимным, подлой советской закваски Виктором Зубковым, нынешним премьер-министром, и с самостоятельным, деловитым Владимиром Якуниным, главным железнодорожником России, и со многими другими мыслимыми и немыслимыми кандидатами в преемники, чередой прошедшими перед нашими глазами в продолжение последних путинских лет. Медведев будет неплохо смотреться и на внешней, очень важной для его патрона арене, где его явно предпочтут всем указанным выше персонажам.

Что ж, Россия явно проголосует за него и будет с ним непременно

Россия явно проголосует за него и будет с ним непременно счастлива - если только, не приведи Господь, не случится что-нибудь с Путиным

счастлива - если только, не приведи Господь, не случится что-нибудь с Путиным - внешнее либо внутреннее. Потому что тогда-то потребует судьба от Медведева самостоятельных, ответственных действий. Маленький, растерянный, сомневающийся, лишенный вечного пригляда своего дядьки, он может и не удержать российский государственный корабль, как не удержал его в начале прошлого века царственный священномученик Николай.

---

Эта колонка опубликована в журнале Корреспондент №47 от 15 декабря 2007 года.