ГлавнаяСпортВсе новости раздела
 

Виталий Кличко: Я поразбивал о голову Уильямса все руки

СПОРТ bigmir)net/sport.bigmir.net, 10 января 2005, 11:43
0
6

Чемпион мира в тяжелом весе по версии WBC украинец Виталий Кличко дал интервью корреспонденту газеты "Спорт-Экспресс", в котором рассказал о своем последнем бое с британцем Дэнни Уильямсом.

- Давайте не будем подробно обсуждать уже всеми многократно обсужденный бой с Уильямсом в целом и сразу займемся некоторыми его любопытными подробностями. Например, многие заметили, что в этом поединке вы расширили свой арсенал. Стали бить снизу, причем как-то очень по-своему.
 
- Я никогда не отличался классической техникой и всегда считал, что мой стиль не столько эффектный, сколько эффективный.
 
- Мне кажется, что когда Уильямса готовили к бою, то исходили из того, что снизу вы не бьете, и апперкот явился для него неприятным открытием. Это была домашняя заготовка?
 
- Это действительно была одна из моих заготовок на этот бой. Но многое оказалось неожиданным и для меня. Так, я никак не думал, что мои многочисленные удары в область виска не будут производить на соперника вообще никакого впечатления. В итоге я поразбивал о голову Уильямса все руки.
 
- У людей, которые обладают очень мощным ударом, часто бывают небольшие кисти рук. Далеко за примером ходить не надо - Костя Цзю, который так и говорит, что чем меньше бьющая поверхность, тем сильнее удар. С другой стороны, небольшие кисти рук, как у вас, таят в себе определенную опасность, так как их легче травмировать.
 
- Таких опухших рук, как после боя с Уильямсом, у меня никогда не было. После второго раунда я пришел к себе в угол и говорю своему тренеру Здунеку: "Фриц, моим рукам капут". Он спрашивает: "Какой руке, левой или правой?" Я отвечаю: "Обеим". В России на этот эпизод не обратили внимания, так как наш разговор шел, естественно, по-немецки, а вот в Германии за меня сразу начали беспокоиться.
 
Я лупил Уильямса с такой силой, что руки стали болеть. После боя мне разрезали бинты, и руки начали отекать прямо на глазах. Даже пальцами не мог шевелить, потому что боялся, что лопнет кожа. У меня никогда не было синяков на тыльных сторонах ладоней, а на этот раз все было синее. Выглядело это так, как будто я все удары наносил открытой ладонью. Врач невадской атлетической комиссии сразу сказал: "У тебя переломы. В больницу". Поэтому пресс-конференции после боя не было, и пошла информация о том, что у Кличко переломы. Однако когда я приехал в больницу, там сделали снимки, и все оказалось нормально.
 
Уже в Германии мне сделали компьютерную томографию. Я хотел проверить все связки. Мне залили контрастную жидкость и посмотрели, что там. К удивлению врачей, ни одна связка не была травмирована. Все суставы тоже целы. Никаких серьезных повреждений. Просто компрессионный удар и гематомы.
 
Сейчас все это в прошлом, и мы можем обменяться крепким рукопожатием. Я отжимаюсь на кулаках и на пальцах. А вообще подумываю вернуться к старой системе тренировки рук, которой пользовался, когда занимался каратэ. Тогда мог голыми руками бить в стены, ломать доски и кирпичи. После того как я стал бинтовать руки, они немного потеряли свою жесткость.
 
- Это Уильямс подвиг вас на такие решения?

 
- В какой-то степени да. У меня бывали всякие противники, но чтобы так держали удар, как Уильямс, не припомню. Во всяком случае, как я уже говорил, таких рук после боя у меня никогда не было.
 
- Один неприятный вопрос, который я вынужден задать. Во время боя были два эпизода. Один раз вы фактически добивали Уильямса, когда он уже стоял на всех четырех, правда, в последнюю секунду остановились. В другом случае вы атаковали после гонга. Чем это было вызвано? Это ведь не ваш стиль.
 
- Точно ударил после гонга?
 
- Да, вы провели двойку.
 
- Ну, если так получилось, то это произошло просто в азарте боя. Честно скажу, что никогда не ставлю себе задачу выиграть любой ценой. Если был гонг, то я просто его не услышал. А вот другой эпизод очень хорошо помню. Но, заметьте, тогда меня не останавливали, я сам остановился. Понимаете, серия ударов идет на автомате, и очень трудно ее затормозить. Тем не менее я это сделал.
 
- Не совсем понятная ситуация с тем, кто вас тренирует. В вашем углу я видел только Фрица Здунека. А Эмануэль Стюард работает с вами?
 
- Стюард меня не тренирует и не тренировал. Он работает в качестве консультанта, а основным кондиционным и боксерским тренером остается Фриц Здунек. Стюард присутствует на тренировках, участвуют в анализе видеозаписей спаррингов или видеоматериалов для предстоящих поединков. Когда слишком много тренеров, то получается, что у семи нянек дитя без глазу. В свое время я это почувствовал на себе и сейчас старюсь сделать так, чтобы у меня не было слишком много тренеров.
 
- То есть лошадей на переправе не меняют - тем более когда тебе уже не 20 лет.
 
- Когда мне было 20 лет, я собирался завязывать с боксом. В результате два поколения тех, кто занимался вместе со мной, уже завязали, а я нет.
 
- Вообще, как мне кажется, менять тренера опасно. Приходит хороший тренер - и ломает то, что есть, а по-настоящему привить свое до следующего боя не успевает. В результате боксер оказывается ни там ни там. Я видел немало боксеров, которых загубили хорошие тренеры.
 
- Отличный пример - Вася Жиров. Очень его люблю, и у нас хорошие отношения. Я сам с ним в спарринге стоял, будучи любителем. Знаю, насколько хорошим боксером он был, как тяжело было в него попасть. Прекрасная работа ног у него была. Все делал отлично: согласитесь, что Кубок Баркера на Олимпиаде просто так не дают. И я видел, как он деградировал с тренером, который стал переучивать его в соответствии с американской боксерской школой. Вася пропускал и пропускал удары. Я смотрел на него - и думал, что нельзя столько ударов пропускать, какая бы крепкая голова у тебя ни была. Ну и вот видите, чем все закончилось.

- Помню старый номер американского журнала The RING. На обложке был портрет выдающегося боксера Пирнелла Уитакера, который переживал тогда свои лучшие времена, а под фото надпись: "Simply the best and simply no way to prove it" (Самый лучший, но не имеющий возможности доказать это). Мне кажется, вы сейчас находитесь примерно в таком же положении. Вы не просто лучший чемпион в тяжелом весе, вы - единственный. Обладатель титула WBA Джон Руис - чемпион искусственный, сделанный Доном Кингом. Берд, которому принадлежит титул IBF, - туда-сюда, причем скорее "туда", чем "сюда". По сути, у вас нет достойных соперников, а большому чемпиону нужны большие соперники. Мохаммеда Али в основном помнят за бои с Джо Фрезером и Джорджем Форменом, которые он провел в 70-е годы после своего возвращения на ринг, и никого не волнует, что Али как боксер был гораздо лучше в 60-е, но тогда у него не было таких соперников.
 
- Да, звезды ушли, а настоящее имя можно себе сделать, только впитывая свет этих звезд. Для меня переломным стал поединок с Ленноксом Льюисом - ведь до того на меня падала тень неудачного боя с Крисом Бердом. К сожалению, Льюис ушел на пенсию. Могу сказать, что я приложил к этому руку. Надеюсь, что он вернется, хотя шансы на это минимальные. И получилось, что сильных противников сейчас нет. И не остается ничего другого, кроме как добивать тех слабеньких, что остались.
 
Хотя, в сущности, последняя фраза - неточная. Нет звезд, но сильных противников очень много. Кроме того, в данный момент любой из нового поколения боксеров может выйти и создать очень большие проблемы для старых звезд, хотя больших имен у этих спортсменов нет. В этом году постараюсь провести поединки за объединение титулов. А там уже как карта ляжет. В любом случае я могу побеждать только тех соперников, что имеются в наличии. Я выполнил свою мечту, стал чемпионом мира, а теперь попытаюсь объединить все титулы в одних руках. В моих руках.
 
- Знаете ли вы, кто будут ваши следующие противники?
 
- Знаю.
 
- Но не скажете?
 
 - Почему? Скажу. Это будет либо добровольная защита титула против кого-то из первой десятки, так как до официальной защиты против обязательного претендента WBC Хасима Рахмана у меня есть время до июля, либо весной я выйду сразу против Рахмана, так как до июля в любом случае ждать не собираюсь. Для того чтобы принять окончательное решение, нам нужно переговорить с заокеанским телеканалом НВО, чье мнение очень важно. Затем проведем совещание нашей команды. И после этого я смогу сказать уже что-то более определенное.
 
- А какого вы вообще мнения о Хасиме Рахмане? Он тут много чего в ваш адрес высказал. Челюсть обещал вам сломать.
 
- Да в мой адрес уже все высказались. И Рахман, и Джон Руис, и Крис Берд, и Николай Валуев.
 
- Иными словами, чемпиона может обидеть каждый?
 
- Ну что-то в этом роде. В адрес чемпиона все высказываются. В свое время в таком положении был Леннокс Льюис. Все внимание сосредоточено на чемпионе, и каждый желает победить его. Ну а у меня есть хорошая возможность выбора соперника. По крайней мере в том, что касается следующего поединка.
 
- И все-таки, что вы думаете о Рахмане?
 
- Во время своего последнего поединка с австралийцем Кали Миханом в "Мэдисон-сквер-гарден" он выглядел очень неплохо, только вот его противник не производил впечатления. Вообще, Рахман - опасный, но я уже много раз выходил на ринг и сделаю ставку не на то, чтобы переиграть его, а на то, чтобы приземлить его еще раз. Боксеры, которые неоднократно падали, как Рахман, имеют склонность к тому, чтобы падать снова. Хотя я ни в коем случае не хочу его недооценивать. Рахман - бьющий, напористый, неудобный, взрывной и имеет ряд качеств, которые при невнимании к ним способны привести к печальному исходу, что может подтвердить Леннокс Льюис. Я с ним разговаривал перед боем с Рахманом. Мы тогда вместе снимались в фильме "11 друзей Оушена". Я говорю: "Леннокс, у тебя же через несколько дней бой за титул чемпиона мира!" А он в ответ показывает один палец и говорит: "Не беспокойся. Я его сделаю в первом же раунде". Мы в то время уже начали переговоры о бое моего брата Володи с Ленноксом Льюисом. Но из-за его поражения Рахману этот поединок канул тогда в Лету.

- Извините, еще один неприятный вопрос. Вы сказали, что один раз упавший боксер склонен падать снова. Это невольно вызывает ассоциацию с тем, что произошло с вашим братом Владимиром. В каком он сейчас психологическом и физическом состоянии?
 
- Случай случаю рознь. Я ведь и сам знаю, что такое нокаут. В далеком 1991 году тоже побывал в нокауте. Я был тогда чемпионом мира по кикбоксингу и в одном бою совершенно случайно пропустил сильнейший удар ногой. Вот так. За всю свою кикбоксерскую и боксерскую карьеру ни разу не был в нокдауне. Мне никогда не отсчитывали нокдаун, но в нокауте я был. Тем не менее это не сказалось на моей способности держать удар, хотя, естественно, не собираюсь специально проверять, насколько крепкая у меня голова и какой силы удар могу выдержать.
 
С тех пор прошло много лет, и я полностью восстановился - и после физической, и после психологической травмы. Так, думаю, будет и с Володей: брат достаточно молод, у него есть время на то, чтобы восстановиться, и я, со своей стороны, сделаю все возможное, чтобы ему помочь. С точки зрения техники, скорости и многого другого мало кто в тяжелом весе сможет с ним тягаться. Мне кажется, что его проблема - это вовсе не хрустальная челюсть, о которой сейчас столько говорят. Дело в психологии. Если Володя соберется, то сможет долгие годы доминировать в тяжелом весе, но пока он должен сделать кое-какие важные выводы для себя. Еще раз повторю, что его проблема чисто психологическая по своей сути, а вовсе не плохая способность держать удар. Многие великие чемпионы оказывались на полу, и это не мешало им в будущем показывать выдающиеся результаты.
 
- Мне кажется, что единственный человек, который может помочь Владимиру, - это вы.
 
- Может быть, но я же создаю и дополнительную психологическую проблему - планку-то я постоянно поднимаю, а меряют нас по одной этой планке. И все-таки думаю, что мы справимся. И я, и вся наша команда. Мы сделаем все возможное. Но при этом времени на раздумья у нас по большому счету нет, да и позиции сдавать не хочется.
 
- Кстати, вы упомянули, что что-то в ваш адрес сказал Николай Валуев. А что именно?
 
- Ну, это прошло главным образом в немецкой прессе. Собственно, высказывался не столько он сам, сколько его промоутер Зауэрланд, который заявил, что следующий поединок Валуева будет, возможно, с Кличко. Но это все довольно проблематично - прежде всего из-за НВО. Валуев широко известен в России, в Германии он тоже немного "раскрутился". Что же касается Америки, то, конечно, какое-то внимание он привлечет и там, хотя бы своими габаритами, но серьезного рейтинга на НВО поединок с ним иметь не будет, а значит, он для телевидения неинтересен.
 
- Я знаю, что многие думают иначе, но мне кажется, что Валуев - тяжелый соперник для кого угодно, хотя бы потому, что человек таких размеров может создать массу проблем любому боксеру. Тяжеловесы, тем более крупные, как вы или Владимир, всегда работают с людьми максимум своих габаритов, а обычно значительно ниже себя. У них просто нет опыта боев с такими гигантами. Поэтому думаю, что даже для вас поединок с ним получится нелегким и, скорее всего, некрасивым.
 
- Честно говоря, я никогда не боксировал с человеком таких размеров, вообще не работал с боксерами выше себя, но в этих размерах есть как преимущества, так и недостатки.
 
Можно их долго перечислять, но не буду этого делать, они общеизвестны. Тем не менее если НВО заинтересуется боем между нами, он станет вполне возможен.
 
- Вопрос из разряда неизбежных. Есть ли у вас желание рассчитаться с Крисом Бердом?
 
- Время после боя с ним в апреле 2000 года, когда я получил травму плеча, из-за чего поединок пришлось прекратить, было самым тяжелым для меня за всю мою спортивную карьеру. Самое страшно оскорбление для боксера, это когда говорят, что он бесхарактерный. По-английски говорят: "Не has no heart". В Америке меня тогда называли chicken (разг. - трус, дословно цыпленок. - Прим. А.Б.). Вообще как меня только не называли после того боя! Все, что я говорил, воспринимали как попытку оправдаться.
 
Тот поединок стоил мне не только пояса WBO, но и многих переживаний. Потом Крис проиграл Владимиру. Он тогда много чего наговорил и в его адрес, и в мой. Но я бы хотел ответить Берду не словами, а просто встретиться с ним на ринге. Там и смог бы доказать, что все, что произошло в нашей первой встрече, было лишь досадной случайностью.
 
- В вас тогда действительно очень многие кидали грязью. Особенно люди, никогда на ринг не выходившие и не поднимавшие ничего тяжелее ручки или микрофона. Расскажите, пожалуйста, что произошло.
 
- Случился отрыв одной из плечевых мышц. Вообще-то эта травма более обычная для теннисистов. У меня же она возникла из-за того, что Берд - левша и моя левая рука постоянно находилась в несколько непривычном для себя положении, так что все удары шли по немного непривычной траектории. В результате травмы малейшее движение руки вызывало такую боль, что перед глазами вставала пелена.
 
- Ну, с Бердом понятно. Бой с ним вам нужен и по личным мотивам, и потому, что он чемпион мира по версии IBF, а вы хотите объединить все титулы в своих руках. А кто еще?
 
- Бой с Леймоном Брюстером был бы интересен. Так как это поединок со своей предысторией.
 
- По-моему, Брюстер трезвее к себе относится, чем Дэнни Уильямс, который после победы над подраненным Тайсоном, порвавшим связки в колене, кажется, всерьез решил, что он теперь сокрушитель звезд.
 
- В Америке для многих финансовая сторона важнее, чем шансы на победу. Исходя из этого, думаю, Брюстер согласится на поединок со мной. К тому же там есть такой человек, как Дон Кинг, который замечательно промывает боксерам мозги, после чего боксеры делают то, что ему нужно, а Кинг в нашем бое заинтересован. Пообещает хороший гонорар - и дело будет в шляпе.
 
- А что вы скажете об обладателе титула WBA Джоне Руисе?

 
- Честно? Хоть Руис и "сделанный" чемпион, хоть он, по-моему, и проиграл свой последний бой Анджею Голоте, но он крайне неудобный соперник. У него незрелищный, некрасивый стиль ведения боя, однако он очень вязкий, и о зрелищности поединка с таким боксером даже не стоит говорить. В любом случае из троих чемпионов для меня самым интересным был бы бой с Леймоном Брюстером. Почему не с Бердом? Потому что против Берда очень трудно хорошо выглядеть. Я уверен, что могу победить любого из этих троих, но если думать о зрителях, то только поединок с Брюстером будет красивым.
 
- Может быть, вы более информированы, чем мы в России, и знаете какого-нибудь сильного тяжеловеса на подходе, который стал бы для вас трудным противником?
 
- Ну, если почитать высказывания многих ребят, то все они разнесут меня в пух и прах. А если серьезно, то ответить на ваш вопрос трудно. Есть боксеры, которые неплохо выступают, но на каком уровне? Пока их "ведут", они выигрывают, а насколько они реально сильны, можно будет сказать только тогда, когда мы их увидим в боях с сильными соперниками.
 
Кроме того, "выстрелить" и провести один бой на хорошем уровне могут многие, а вот удержаться на высоком уровне - единицы. Я благодарен Богу и фортуне: я "выстрелил". Теперь моя задача - удержаться.

По материалам Спорт-Экспресс

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Корреспондент.net в cоцсетях

Загрузка...