ГлавнаяМирВсе новости раздела
 

“Он не из тех, кто доставит вам неприятности…”

Корреспондент.net, 15 октября 2001, 14:19
0
13

Отец и друзья Мохаммеда Атты, вероятного руководителя терактов 11 сентября, вспоминают его как неловкого и ранимого молодого человека, у которого не было и намека на экстремистские убеждения. Люди, которые были с ним знакомы, отказываются верить в виновность Атты.

Его отец, Мохаммед эль Амир категорически отрицает причастность сына к терактам 11 сентября, утверждая, что их организовала израильская разведка Мосад. Более того, он заявил, что беседовал с сыном уже после терактов.

В интервью журналу Time ближайшие друзья Атты по колледжу говорили, что отказываются поверить, будто их друг был способен на жестокость такого

"Он никогда не выделялся и не делал чего-то такого, что привлекло бы внимание”
масштаба, в то время как бывшие коллеги утверждали, что Атта не имел ни лидерских качеств, ни технических средств для осуществления столь сложной операции.  “В колледже Мохаммед был очень спокойным, тихим, не особо выделяющимся парнем. Он не был ни жестоким, ни вспыльчивым – не из тех, кто доставит вам неприятности. Он никогда не выделялся и не делал чего-то такого, что привлекло бы внимание”, - говорит Усама Абул Энеин, бывший сокурсник Атты. Кроме того, все, кто его знал в Каире, утверждают, что Атта всегда с пренебрежением отзывался о радикальном исламистском движении.

Одноклассники вспоминают Атту как среднего и непримечательного ученика: вежливого, замкнутого, мягкого, чувствительного, крайне робкого в отношениях с девочками, застенчивого, впрочем, и в мужской компании. Атта чувствовал себя очень неловко в ситуации откровенного флирта. Как сказала его одноклассница, если Атте нравилась женщина, он скорее пошел бы к ее отцу, чтобы попросить руки дочери, чем заговорил бы с ней. 

В “завещании”, найденном следователями ФБР после 11 сентября, Атта настаивает на том, чтобы женщинам не позволяли присутствовать на его похоронах или посещать его могилу.

"Он был немного святошей, но никогда не таил обиды, чтобы отомстить."
Его вспоминают как неприметного, “нормального” парня, который, однако, легко мог обидеться, особенно на насмешку или то, что он расценивал как несправедливость. "Он ничем не выделялся, - говорит Халед Каттан, -  Помню, иногда он был слишком откровенным и резким с людьми. Если ему что-то в ком-то не нравилось, он просто говорил это в лицо. Он был немного святошей, но никогда не таил обиды, чтобы отомстить. В то же время, он держался просто и неплохо вписывался в компанию". 

По словам Ибрагима Салы, у Атты было немного друзей. Его наклонности одиночки хорошо иллюстрирует карикатура школьных времен: Атта стоит рядом со знаком, текст на котором дублирует надписи на заборах египетских военных баз: “Приближаться или фотографировать запрещено”. Подпись к карикатуре гласит: “Не слышу, не вижу, не говорю”.

Все же, несмотря на некоторую колючесть характера, Атта производил впечатление сдержанного и благородного человека, руководимого жестким моральным кодексом. "Родители растили Мохаммеда и двух его сестер на очень правильных принципах, на добрых старых принципах. Кто-то вроде него, даже при всем желании не мог стать плохим. Он был в высшей степени порядочным человеком”, - говорит Имани Исмаил, одноклассница Атты.

Даже в своей благополучной семье Атта, казалось, оставался в тени своего отца-адвоката и старших сестер, одна из которых стала преподавателем в Каирском университете, а другая – врачом. Отец называл тихого мальчика, весьма привязанного к матери “Болбол” (“птенчик”). По словам Мохаммеда эль Амира, его сын всегда избегал ссор и драк с приятелями.

По своим политическим и религиозным убеждениям Атта был типичным представителем египетского  среднего класса – весьма критично настроенным как по отношению к Израилю, так и к исламскому экстремизму.
В 1990г. Атта окончил Каирский университет с дипломом архитектора, овладев, по словам отца английским и немецким языками. В 1992 г., по настоянию отца, Атта отправился в Гамбург, где изучал городское планирование.

По своим политическим и религиозным убеждениям Атта был типичным представителем египетского  среднего класса – весьма критично настроенным как по отношению к Израилю, так и к исламскому экстремизму.

"Когда студенты обсуждали действия исламистских групп, которые существовали в студенческой среде, - говорит Халифа, - он критиковал их “от и до”. Он был против них и того, за что они выступали. Он всегда был центристом. Он ненавидел экстремизм. Был набожен, хотя я ни разу не видел его молящимся".

Мохаммед был представителем египетского среднего класса не только во взглядах, но и в устремлениях: хотел получить хорошее образование,

Друзья отказываются верить, что Мохаммед эль Амир мог совершить преступление такого масштаба.
высокооплачиваемую работу и средства на то, чтобы завести семью. Друзья отказываются верить, что Мохаммед эль Амир мог совершить преступление такого масштаба. Однако если он действительно стал Мохаммедом Аттой – виновником теракта, это потребовало серьезных изменений в личности, или же промывки мозгов во время учебы в Гамбурге.

Когда Халифа случайно столкнулся со своим другом в Каире два года назад, тот выглядел усталым и слабым, что Халифа объясняет неудовлетворенностью жизнью: "Я чувствовал, что он недоволен, он был по горло сыт жизнью там (в Германии) и хотел вернуться. Ему в некоторой мере нравилась работа, но он так и не смог обзавестись семьей, а у меня уже были дети”.

Конечно, если Атта уже был втянут в деятельность организации бин Ладена или дружественного ей “аль Джихада”, для стресса могли быть и другие причины. Однако его родня уверена, что Мохаммед просто сильно тосковал по дому. В

"Он никогда бы не дошел до состояния отчаяния. Не могу представить, как он в самолете угрожает людям, убивает людей. Он бы до смерти испугался"
разговоре с матерью Атта признался, что достаточно пожил за границей и хочет вернуться.

Тем не менее, отчуждения, которое испытывал одинокий египтянин в Германии, недостаточно, чтобы объяснить его последующие поступки. "Я не понимаю, что с ним могло случиться, - говорит Халифа, - Жаль, что я потерял его. Абсолютно не верю всей этой истории. Он никогда бы не дошел до состояния отчаяния. Не могу представить, как он в самолете угрожает людям, убивает людей. Он бы до смерти испугался".

Глубина неверия в происшедшее тех, кого Мохаммед Атта оставил в Каире, подчеркивает масштаб изменений, которые претерпела личность их друга, превратив его в убийцу многих людей. В то же время, друзья Атты знают о мощных  встречных течениях в египетском обществе, разрывающих его между жесткими требованиями западной модернизации и геополитики с одной стороны, и  арабского национализма и исламского экстремизма – с другой. Возможно, этот конфликт и привел к катастрофе.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Загрузка...
Loading...

Корреспондент.net в cоцсетях