ГлавнаяМирВсе новости раздела
 

Le Monde: Жестокий Саддам

11 апреля 2003, 13:32
0
35

События этой недели в Ираке свидетельствуют о том, что Саддам Хусейн и его режим, похоже, канули в лету. В своем сегодняшнем номере французская газета Le Monde публикует материал об истории жизни и правления Саддама Хусейна.

Саддам Хусейн был повержен так же, как и правил, – огнем и сталью. Он был "жесток и даже жесток", сказал про него в 1990 году Евгений Примаков. Похоже, Примаков неожиданно открыл для себя то, что иракцы знали более двадцати лет: Саддам Хусейн был безжалостным человеком, для которого цель оправдывала средства.

Это был человек, который, чтобы изжить собственные страхи - часто ни на чем не основанные, - построил свой режим на терроре. Который, желая продлить свою власть, не задумываясь, отправлял на тот свет десятки тысяч соотечественников. Особенно он боялся курдов и шиитов, против которых применял химическое оружие (в 1988 году – против первых, в 1991 году – против вторых). Его жестокость была равна лишь его жажде власти, жажде величия, которая заставляла его пускаться в самые безумные авантюры.

Он родился в крестьянской семье в деревне под Тикритом (около 150 км к северу от Багдада). В политику вошел в 18-летнем возрасте, познакомившись в багдадском лицее Аль-Харк с подпольщиками ячейки баасистской партии, борющейся с британскими колонизаторами. В 1956 году участвует в неудавшемся заговоре против короля Фейсала II. Три года спустя он оказывается одним из трех молодых баасистов, стрелявших в упор в нового хозяина Багдада – генерала Касема. Раненый в ногу, Саддам укрывается в Сирии, потом в Египте.

Вернувшись в страну, он попадает в 1964 году под арест, но через два года совершает побег и готовит переворот, который в июле 1968 года приводит к власти партию Баас. Тогда он становится заместителем генерального секретаря регионального руководства партии, а спустя три года – вице-президентом республики. В 1969 году, уже будучи "сильным человеком" Ирака, он получает степень доктора права… с помощью револьвера: он является на экзамен в военной форме, с пистолетом на боку и с четырьмя телохранителями, вооруженными автоматами. "Экзаменаторы сразу поняли, что должны сделать", – пишет британский журналист Патрик Сил.

Конечно, как древняя, так и недавняя история Ирака изобилует актами насилия. Перевороты 1958-го (свержение монархии), 1963-го (первый приход баасистов к власти) и 1968 года (окончательное утверждение баасистского режима) также сопровождались убийствами. Однако Саддам довел эту жесткость до апогея. Прежде всего с помощью насилия Саддаму Хусейну удалось достигнуть вершины власти. При этом он без колебаний убивал собственной рукой даже ближайших соратников. Спектакль с его приходом к власти в результате отставки президента Ахмеда Хасана аль-Бакра – Хусейн с помощью угрозы "убедил" его принять такое решение – наглядно демонстрирует методы, которые этот болезненно подозрительный человек использовал даже против своих единомышленников.

22 июля 1979 года. Саддам Хусейн у власти уже две недели. Он срочно собирает тысячи высших руководителей партии Баас. Мохи Хусейн аль-Машади, генеральный секретарь Совета революционного командования (высшего органа партии, находящейся у власти с 1968 года) зачитывает "признание" о своем участии в "заговоре" с целью свержения режима и заключения союза с Сирией под руководством сирийского президента Хафеза Асада. Затем аль-Машади перечисляет имена тех, кто участвовал в "заговоре" вместе с ним. Их просят одного за другим покинуть зал. Это около пятидесяти человек: двадцать два из них будут расстреляны в присутствии Саддама Хусейна.

Среди них был Абдель Халек ас-Самараи, один из наиболее уважаемых "исторических" лидеров Баас. До этого он шесть лет находился под арестом, будучи обвинен в участии в заговоре (в данном случае реальном) против шефа службы безопасности Назема Каззара. Вся вина ас-Самараи состояла в том, что он был более популярен, чем тандем аль-Бакра – Хусейна. Что касается "заговорщиков" 1979 года, то они поплатились своими жизнями лишь за то, что протестовали против необычной "процедуры" прихода к власти нового иракского лидера.

Саддам делает вид, что не знал о жестокостях Назема Каззара, который, говорят, любил за завтраком наслаждаться зрелищем изощренных пыток. Каззар, по его собственному признанию, замучил или убил около 2 тысяч человек, среди которых были баасисты-диссиденты, насеристы, курды, шииты и коммунисты. "Мы были слишком заняты другими делами, чтобы держать Каззара под строгим контролем", – сказал Саддам Хусейн после измены своего вассала.

Но правду знали все: ведь именно Хусейн назначил Каззара на этот пост и за пять лет не мог ничего не слышать о зверствах, в которых тот был повинен. Казни, исчезновения людей, убийства, "естественная смерть" в тюрьме или таинственные автокатастрофы не прекратились.

Саддам Хусейн также практиковал массовое насилие. В 1975–1976 годах, покончив с движением за курдскую автономию, он насильно переселил на юг Ирака около 300 тысяч курдов. В 1988 году он применил против курдов газ, став таким образом первым главой государства, применившим химическое оружие против собственного населения. В одном лишь местечке Халабаджа погибло 5 тысяч иракцев, и еще многие тысячи – в других местах.

Еще больше, чем курдов, Саддам Хусейн боялся шиитов, составляющих большинство населения страны. В 1979 году он арестовал несколько тысяч из них. Через год по его приказу были убиты их духовный лидер аятолла Бакер Садр и многие члены его семьи, включая женщин. Одновременно он за двое суток депортировал более 100 тысяч иракцев иранского происхождения, вынудив их оставить все свое имущество и переселиться в соседний Иран.

Иран, который при шахе мечтал стать жандармом Залива, охотно использовал иракских курдов в борьбе против багдадского режима и снискал репутацию "агента американского империализма в регионе", только что попал под власть религиозного режима, не делавшего тайны из своего намерения экспортировать "революцию".

В 1975–1979 годах Саддам Хусейн старался не вспоминать о социализме и светском характере партии Баас: он стремился сблизиться с соседними монархиями, прежде всего с Саудовской Аравией и Иорданией. Потопив в крови курдское восстание, он сумел устранить всех своих соперников, сосредоточить всю власть в руках доверенных лиц, создать в стране многослойную систему служб безопасности и ощущал свое положение как достаточно прочное для того, чтобы позволить себе такое сближение.

Этому повороту способствовал взлет цен на "черное золото" после эмбарго, введенного в 1973 году странами – экспортерами нефти. Саддам Хусейн сумел воспользоваться этой манной, чтобы обеспечить экономическое развитие и процветание страны. Он укрепил армию и оснастил ее новым вооружением. Ирак, который с 1972 года связывал договор о дружбе и сотрудничестве с СССР, уже не так зависел от помощи Москвы. Саддам Хусейн даже позволил себе роскошь укрепить экономические связи с США, несмотря на то что с 1967 года дипломатические отношения между двумя странами были разорваны.

Захват заложников в американском посольстве в Тегеране в ноябре 1979 года поверг в ужас все арабские страны Залива и Запад. Саддам решил, что настал час показать, что он может быть их защитником. Неудавшееся покушение на иракского вице-премьера Тарика Азиза, совершенное 1 апреля активистами шиитской партии Ад-Даава, окончательно убедили его в необходимости устранить иранскую шиитскую "угрозу".

Уверенный в том, что он устроит бойню иранской армии, ослабленной в результате революции, Саддам Хусейн единолично принял решение начать 22 сентября 1980 года войну с Ираном. Официальная пропаганда поспешила назвать ее "Кадисией Саддама" - по имени знаменитой битвы при Кадисии, в которой мусульмане в 632 году одержали верх над персидской империей Сасанидов. Эта ошибка едва не стоила ему власти, когда эйфория от первых иракских побед, вызванных эффектом неожиданности, сменилась горечью первых поражений.

Война продолжалась восемь лет. Запад поддерживал хозяина Ирака и помог ему обзавестись современным вооружением. К исходу войны армия, конечно, закалилась в боях, но страна заплатила за нее огромную цену: от 100 до 200 тысяч погибших, 300–400 тысяч раненых и долг в 70 млрд долларов, из которых половина причиталась странам Залива.

Культа личности в виде красочных картинок, песен и поэм во славу "Навуходоносора ХХ века" – Саддам Хусейн особенно любил, когда его так называли, – было уже недостаточно. Демократические преобразования в странах Восточной Европы заставили диктатора, боявшегося утратить контроль над ситуацией, быстро отказаться от обещаний (хотя вряд ли они были искренними) провести демократические реформы.

Иракский президент нуждался в деньгах, чтобы восстановить страну, дать импульс экономике, купить молчание народа и получить в свое распоряжение самое мощное оружие для противодействия иранскому и израильскому "заговорам", – бомбардировка в 1981 году Израилем ядерного реактора "Осирак" убедила его в этом окончательно. Будучи уверен в том, что он никому ничего не должен, диктатор не боялся ни своих соседей, ни международного сообщества. Разве не он целые восемь лет служил "щитом" для этих суннитских нефтяных монархий, совершенно не способных самостоятельно защитить себя от шиитской "угрозы" в лице соседней исламской республики?

Разве не он избавил Запад - и прежде всего США - от необходимости военной интервенции для защиты стратегических нефтяных ресурсов региона? Посчитав, что за это ему не заплатили, человек, любивший называть себя "всадником Багдада" или "Саладином ХХ века", решил, что ему все позволено.

Говорилось, правда, и о двойственности позиции западных стран, в частности США, накануне вторжения в Кувейт, и о неблагодарности последнего, который был обязан Багдаду за защиту от Ирана. Оба эти аргумента справедливы, но они еще не объясняют его авантюры.

Саддам хотел, чтобы его соседи списали ему долг. В перепроизводстве нефти Кувейтом и Объединенными Арабскими Эмиратами, приведшем к падении цены на нефть, он усмотрел настоящую "экономическую войну" против своей страны. Он обвинял Кувейт в том, что тот приступил к беззастенчивой разработке месторождения Румейла, находящегося в пограничной зоне.

После ряда угроз 2 августа 1990 года он бросил свою армию на захват Кувейта. Это решение Саддам принял единолично.

Захватив Кувейт, Хусейн был уверен, что с помощью угроз сумеет заставить союзные армии отказаться от всех попыток освободить маленький эмират. Он не воспользовался никакими предложениями по разрешению кризиса. Между тем против него собиралась внушительная армада. Он не смог отступить, пока не стало уже слишком поздно. И когда его армия – "мать всех битв" – была разгромлена, он также не смог извлечь из поражения надлежащего урока.

"Мы можем жить под санкциями десять или двадцать лет", – заявил он после войны. Для него и его окружения это так и было, но в его стране в полном смысле слова наступила разруха. Хозяин Багдада явно не знал, что с этим делать. Он, судя по всему, не заботился о судьбе своих сограждан, страдания которых, напротив, служили для него аргументами в борьбе за снятие международных санкций.

С годами Саддам Хусейн, одержимый идеей "заговора", все больше изолировался от остального мира. Он решил, что сможет ловко провести ООН со своими военными программами, чтобы покончить с этим вопросом с наименьшими издержками для себя и вновь запустить военную машину. Он думал также, то сможет до бесконечности обеспечивать лояльность своих подданных с помощью террора и коррупции. Одним словом, он не рассчитал веса "колпака", упавшего на Ирак.

Ибо в сущности он никогда не был государственным деятелем. Это был почти карикатурный тип военного из страны третьего мира, захватившего власть силой и убежденного в том, что удержать ее можно только с помощью силы. И надо сказать, до вторжения в Кувейт ему это удавалось…

Участь диктатора была окончательно решена в Вашингтоне после антиамериканских терактов 11 сентября 2001 года. Когда пал режим талибов в Афганистане, решимость американского президента Джорджа Буша искоренить "Зло" (как он выражался) сконцентрировалось на Саддаме Хусейне. Ничто уже, казалось, не могло охладить воинственный пыл американцев: ни инспекции экспертов ООН по разоружению, ни раскол в Совете Безопасности по поводу отношения к войне, ни протесты мировой общественности. 20 марта война за устранение Саддама Хусейна началась. 9 апреля 2003 года диктатор пал.

Перевод: Inopressa.ru.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Загрузка...

Корреспондент.net в cоцсетях