Главная
 

NYT: Инфекция. Народные восстания на постсоветском пространстве

25 марта 2005, 14:35
0
9

События, начавшиеся в Грузии и продолжившиеся в Украине, выглядят инфекцией, распространяющейся быстро и непредсказуемо, - пишет Стивен Ли Майерс в статье "Инфекция. Народные восстания на постсоветском пространстве", опубликованной 25 марта в американском издании The New York Times.

В первое десятилетие после распада СССР демократия пустила корни во многих республиках лишь номинально. За исключением стран Балтии - Литвы, Латвии и Эстонии, сегодня тесно связанных с Европой, - из постсоветского хаоса возникли новые системы и новые лидеры, обещавшие свободу, но каким-то образом ухитрившиеся сделать так, что свобода обеспечивала продолжение их власти.

Однако в последние полтора года народные восстания заявили о себе лидерам трех республик бывшего СССР. В ноябре 2003 года в Грузии, через год в Украине, а теперь и в Киргизии накопившееся недовольство привело к тому, что недавно казалось невероятным: мирному свержению правительств, которые перестали представлять свой народ.

Больше всего удивляет то, насколько быстро сдаются правительства, столкнувшись с участниками акций протеста, заявляющими о своих правах, которые им обещали после снятия советского ярма: свободе слова, праве избирать своих представителей, мечтать о лучшей жизни, обещанной лидерами, не сумевшими выполнить свои обещания.

С точки зрения оппозиционных лидеров, а порой и с точки зрения тех, кто у власти, события, начавшиеся в Грузии со свержения Эдуарда Шеварднадзе и продолжившиеся прошлой осенью беспрецедентными протестами против фальсифицированных выборов в Украине, выглядят инфекцией, распространяющейся быстро и непредсказуемо.

Страх и неприятные предчувствия сильнее всего в самой большой и сильной республике, в России. Президент Владимир Путин постоянно укрепляет государственный контроль, хотя и изображает себя демократом.

"Люди везде устали", - заявил в телефонном интервью Александр Рондели, президент грузинского Фонда стратегических и международных исследований. Восстания в Грузии и в Украине, добавил он, продемонстрировали возможность. "Люди увидели, как легко это выглядит на экране телевизора".

Президент Аскар Акаев, возглавлявший Киргизию более 13 лет после провозглашения независимости, бежал из Бишкека, когда толпы протестующих против фальсифицированных выборов в парламент штурмом взяли правительственные здания, а его спецслужбы исчезли.

Подобно Шеварднадзе и президенту Украины Леониду Кучме, Акаев, похоже, верил, что государственная власть может диктовать условия якобы демократического процесса, благоприятные для угодных ей кандидатов.

Посмотрим, продолжится ли распространение демократической инфекции. Беларусь и Туркменистан превратились в диктатуры, раздавившие оппозицию и завинчивающие гайки в остальной части общества.

Президент Туркменистана Сапармурат Ниязов заставил парламент объявить его пожизненным президентом. Президент Беларуси Александр Лукашенко прошлой осенью организовал референдум, который позволил ему выставлять свою кандидатуру неограниченное количество раз.

Андраник Мигранян, профессор политологии Московского института международных отношений, отметил, что противостояние власти в бывших советских республиках в значительной мере зависит от готовности властей применить силу.

Лидеры, которые хотя бы номинально изображали себя демократами, оказались неспособными сохранить свою власть демократическим путем, сказал он.

"Приходится либо быть тверже, применить силу и уничтожить оппозицию, либо отдать власть другим, - заявил Мигранян. - Разница между Акаевым и Лукашенко заключается в том, что Акаев больший демократ. И он проиграл".

Российские лидеры отреагировали на события в Грузии и в Украине шоком, дурными предчувствиями и даже презрением.

Президент Путин, которого обвиняют в ужесточении контроля над тем, что осталось от демократической системы, открыто поддержал выбранного Кучмой преемника. Он культивирует отношения с автократическими лидерами Центральной Азии, и его, похоже, не беспокоит то, что их правление доходит до авторитаризма.

После шквала критики в адрес России из-за ее роли в украинских выборов Путин и другие чиновники меньше проявляли себя в ходе парламентских выборов в Киргизии. Но после начавшихся беспорядков российские власти стали призывать к порядку и стабильности - то есть к сохранению статус-кво, - одновременно критикуя тех, кто призывал к демократии.

Министр иностранных дел Сергей Лавров вчера предупредил о последствиях, которые влекут за собой попытки прийти к власти незаконным путем. И наверное, не просто совпадением являются циркулирующие в России слухи о политическом будущем Путина после недавних восстаний в соседних государствах. В прошлом году Путин был переизбран на второй и, по конституции, последний президентский срок.

Несмотря на неоднократные заверения в обратном, комментаторы полагают, что Кремль ищет способы оставить его у власти после 2008 года.

Но в то же время зазвучали голоса оппозиции. Чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров ушел из шахмат, намереваясь посвятить себя тому, чтобы Путин больше не баллотировался. Бывший премьер-министр Михаил Касьянов публично заявил, что готов поддержать оппозицию, которая остается раздробленной, но еще может сплотиться.


Перевод с английского - ИноПресса.

Оригинал статьи Contagion: Popular Risings in Former Soviet Zone доступен на сайте The New York Times (по подписке).

ТЕГИ: КличкоУДАР
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

Корреспондент.net в cоцсетях