Главная
 

ВН: За европейской околицей

16 декабря 2002, 10:20
0
3

"Турцию европейцы своей не считают, но она активно старается приблизиться к европейским стандартам. В принадлежности к Европе Украины никто не сомневается, но Киев пальцем не шевелит, чтобы это подтвердить", пишет в материале о различных аспектах расширения Евросоюза в свете прошедшего в Копенгагене саммита ЕС журналист российского издания "Время новостей" Федор Лукьянов.

Объединенная Европа приняла одно из самых важных решений за полувековую историю интеграции. Приглашение вступить в ЕС получили десять стран Средиземноморья, Центральной Европы и Прибалтики: Венгрия, Кипр, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия, Словения, Чехия и Эстония. "С днем рождения, новая Европа", - торжественно провозгласил, завершая саммит Евросоюза в Копенгагене, Андерс Фог Расмуссен, премьер Дании, председательствующей ныне в ЕС. После исторического объявления курс евро подскочил до рекордной отметки - 1,02 доллара.

Весной в Афинах подпишут договоры о вступлении, затем во всех странах пройдут референдумы, с 1 мая 2004-го в ЕС будет 25 членов. Сообщество, создававшееся как "клуб" западных демократий, перешагнет черту, вдоль которой еще недавно проходил "железный занавес". Энтузиасты интеграции ликуют: "Европа без разделительных линий", о которой грезили после крушения коммунизма, вот-вот станет явью. На самом деле разделительная линия останется, она просто сдвинется на восток и зафиксирует новый раздел континента на ближайшие десятилетия.

Сколько стоит мечта

Нынешний бросок Евросоюза на юг и восток - предприятие сложное и затратное. Одно дело - желание воскресить "старушку Европу" в ее культурно-исторических границах от Португалии до Эстонии. И совсем другое - платить за эту красивую мечту. Ожесточенные споры об аграрных субсидиях кандидатам продолжались до конца копенгагенского саммита. В итоге Польше, самой большой и амбициозной из новичков, удалось выбить из Евросовета лишний миллиард, общая сумма составила 41,5 млрд евро. (После изматывающих дискуссий один из членов европейской делегации в сердцах заметил, что Польша за столом переговоров - это коктейль самых неприятных европейских проявлений: французского представления о собственном величии, британского евроскептицизма и испанской бесцеремонности.) Добиться большего едва ли удастся. Ведь крестьяне Западной Европы тоже изо всех сил давят на свои правительства, требуя денег и защиты от конкурентов, в том числе и с востока. А увеличению бюджета противится главный донор единой Европы - Германия, переживающая не лучшие времена.

Дотошные евроскептики уже подсчитали, что совокупный объем экономик всех вступающих равен экономике Голландии, а без Кипра и Мальты и недотягивает даже до Уэльса. Тем не менее этот этап расширения будет доведен до конца - он является частью большого европейского проекта. И именно по итогам нынешней, беспрецедентной по масштабам, интеграционной волны, будет сформулирован ответ на главный вопрос - где проходит рубеж "большой Европы".

Очередной раунд расширения завершится в 2007 году, когда придет черед еще двух стран - Болгарии и Румынии. Балканы рано или поздно неизбежно последуют за остальными центральноевропейскими соседями: Сербии, Черногории, Хорватии, Македонии, Боснии и Албании просто некуда деваться. Они и так под полным контролем ЕС. Норвегия, Исландия и Швейцария, отвергающие интеграцию по брюссельским рецептам, уже встроены в европейскую систему, и их связь с ней будет углубляться вне зависимости от того, вступят ли Осло и Рейкьявик в ЕС формально. За европейской околицей остаются немногие, зато те, кого невозможно игнорировать. Это 140-миллионная Россия, 45-миллионная Украина и 66-миллионная Турция.

Турецкий демарш

В последнее время отношения с Анкарой стали для ЕС крупнейшей проблемой. Турция - давний и надежный партнер Запада в стратегически важном регионе. В 60-е годы Анкаре туманно пообещали членство в Европейском сообществе. Всерьез тогда невозможно было представить себе, что страна, где правят военные, применяется смертная казнь, подавляются меньшинства, а курдский язык запрещен, когда-нибудь дотянется до демократических критериев Европы. Да и Турцию вроде бы удовлетворял статус южного форпоста НАТО, союзника "свободного мира" и фаворита Вашингтона. В первой половине 90-х Анкара заняла было нишу "старшего брата" освободившихся государств Центральной Азии и Казахстана. Однако экономический кризис поставил крест на этих амбициях. Роль НАТО уменьшилась, военное значение Турции как подбрюшья СССР резко упало. А Евросоюз стремительно набирал мощь и влияние.

За последние годы турецкие власти осуществили ряд реформ, которые требовал ЕС. Анкара добилась успехов в демократизации политической системы и соблюдении прав человека. Это, однако, не увеличило желания европейцев раскрыть свои объятия. "Как мы сможем требовать соблюдения наших демократических правил от остальных кандидатов, если примем Турцию, страну, где правят военные, а в тюрьмах пытают заключенных", - убеждал автора этих строк внешнеполитический спикер оппозиционной немецкой коалиции ХДС/ХСС Фридберт Пфлюгер, только что побывавший в Москве по приглашению комитета "Россия в объединенной Европе". При этом г-н Пфлюгер категорически отрицает, что истинной проблемой является мусульманское вероисповедание турок. Тем не менее в неофициальных беседах многие европейские политики и дипломаты признают: с культурной и исторической точки зрения Турция не Европа. Нарушив правила политкорректности, первым об этом публично заявил глава европейского конвента Валери Жискар д"Эстен. Этот взгляд находит горячую поддержку в Ватикане, где считают, что основой интеграции должна быть христианская религия. И если "переработать" мусульманскую Албанию, крошечную и слабую, ЕС может без осложнений, то с турками ситуация иная. Кроме того, европейцы с содроганием думают о том, что в случае принятия Турции союз будет граничить с такими странами, как Ирак и Сирия.

Впрочем, в Европе, прежде всего на юге, хватает тех, кто отстаивает принятие Анкары. Их аргумент - отвергнув турок, Брюссель толкнет их к исламистам, сторонникам светского пути Турции будет очень трудно убеждать народ в своей правоте. А вблизи европейских границ возникнет мощное, бурно развивающееся исламское государство, имеющее к тому же многомиллионную диаспору в Европе.

Так или иначе, копенгагенский саммит решил, что вердикт, начинать ли переговоры о приеме Турции в ЕС, вынесут через два года, в декабре 2004-го. С одной стороны, это прогресс, поскольку названа хоть какая-то дата. С другой - это означает, что при самом благоприятном развитии Анкара едва ли может претендовать на членство раньше 2010 года. То есть станет последней в длинной очереди желающих. Турции, верному союзнику Запада, крайне обидно оставаться в предбаннике ЕС вместе с такими странами, как Молдавия и Украина.

Интеграция по-киевски

У Киева проблемы противоположного свойства. Турцию европейцы своей не считают, но она активно старается приблизиться к европейским стандартам. В принадлежности к Европе Украины никто не сомневается, но Киев пальцем не шевелит, чтобы это подтвердить. Все десять лет независимости Украина исправно заявляет о европейском выборе, при этом ситуация по части демократии, прав человека и экономических реформ оставляет желать лучшего даже по сравнению с Россией, причем тенденция не к улучшению, а наоборот. К раздражению европейцев, для которых "европейский выбор" не пустой звук, в устах украинских начальников это понятие превратилось в политический инструмент. О Европе Киев вспоминает, когда надо добиться уступок от Москвы. Тогда невесть откуда возникают графики вступления в НАТО и Евросоюз то к 2010, то к 2012 году. К ЕС обожает апеллировать украинская оппозиция. Однако, глядя на нравы, царящие в киевском истеблишменте по обе стороны политических баррикад, сомневаешься, что ведущие деятели страны представляют себе, что такое Европа.

При этом Брюссель смотрит на Украину, потенциально сильное государство, связанное с Европой исторически и культурно, с большим интересом. После 2007 года союз с неизбежностью начнет примериваться к новой периферии - Украине, Белоруссии и Молдавии. Первой ласточкой стала инициатива "Новые соседи", предложенная недавно комиссаром ЕС по внешней политике Крисом Паттеном и верховным представителем по единой внешней политике и политике безопасности Хавьером Соланой. В ней намечены контуры отношений с Киевом, Минском и Кишиневом. Перспектива далекая, но достаточно определенная.

Решать конфликты заранее

Если Турция и Украина при определенных условиях способны влиться в европейские структуры, России это не грозит - она слишком велика. Тем не менее от отношений с Евросоюзом во многом зависит развитие страны. После расширения ЕС на его долю будет приходиться более половины внешней торговли России. Европа обступает нас со всех сторон. В ближайшее десятилетие Москву ожидает множество конфликтов с Евросоюзом (экономических и энергетических прежде всего), и по сравнению с некоторыми из них недавняя коллизия вокруг Калининграда покажется пустяком. Ведь ЕС - это не механическое объединение двух десятков государств. Продвигаясь на восток, союз расширяет сферу действия общих правил и законов. Они долго и мучительно согласуются внутри объединения, но затем их уже практически невозможно изменить.

Из калининградского конфликта необходимо сделать один принципиально важный вывод - решать спорные вопросы с ЕС можно только превентивно, то есть до того, как решение по этой проблеме уже принято внутри самого союза. Так, если бы о Калининграде вспомнили лет шесть назад, когда Литва только начинала пограничные переговоры с Брюсселем, возможно, Россия смогла бы вытребовать для эксклава более благоприятные условия.

Европа вступает в крайне сложный период. Одновременное "переваривание" новых стран, углубление интеграции "ядра" и реформа системы управления обещает массу проблем. Если дела пойдут не так, как планируют архитекторы единой Европы, союз может превратиться в малоуправляемое аморфное объединение трех десятков государств, сотрясаемое внутренними конфликтами и бесконечными финансовыми тяжбами. Если же европейцы успешно преодолеют переходный период, то на наших границах появится полумиллиардный колосс, скованный общей экономической системой и единой политической волей. Сумеет ли он бросить вызов главному мировому гегемону - США - неизвестно. Но в том, что России придется к нему приспосабливаться, сомнений нет.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Корреспондент.net в cоцсетях