Табачник: Юг, восток и центр Украины переболели увлечением тоталитаризмом в его интернационалистической форме
Корреспондент
Министр образования и науки Украины Дмитрий Табачник дал интервью ведущему российской радиостанции Эхо Москвы Алексею Венедиктову.
- Дмитрий Табачник, министр образования и науки Украины. На Украине или в Украине? Как правильно?
- В Украине будет, наверное, более политически корректно с точки зрения современных норм украинского языка.
- Хорошо. И у вас, и у нас, скажу я политически корректно, министры образования не являются самыми популярными членами правительства в общественном мнении. И у вас, и у нас идет реформа. Скажите, пожалуйста, как вы думаете, почему взгляды общества в России, и у вас сфокусированы именно на образовании - школьном, вузовском? Почему это так болезненно?
- Потому что это самая массовая отрасль, которая затрагивает каждую семью и каждое поколение. Приведу простой пример. В этом году в компании вступительной будут участвовать, вместе со своими родителями и родственниками, как и в прошлом году, 4-5 миллионов человек.
- Это абитуриенты?
- Это абитуриенты и их родственники. А вот, например, сайт нашего министерства, который называется "Конкурс", по итогам прошлого года посетило 55 миллионов человек! Второго такого интернет-ресурса, такого портала в Украине нет. Поэтому поскольку образование входит на протяжении нескольких десятилетий в каждый дом, каждый себя отчасти считает специалистом в образовании и каждый имеет готовые рецепты, как его модернизировать.
- Дмитрий, вот сейчас вы говорите о внутриукраинских проблемах. Разрешите все-таки показать внимание российских обывателей, если хотите, к вашим проблемам. История с языком тестирования или с языком ЕГЭ – по-нашенски, да? – в России была решена однозначно. Несмотря на то, что ЕГЭ, естественно, сдают и все республики – Чеченская республика, Татарстан и так далее – после довольно бурных дебатов, не скрою от вас, в том числе с президентами этих республик, было принято решение: ЕГЭ сдается на одном языке, на русском. Ну, на государственном языке. А вы, придя на пост министра, сделали иное предложение. И вот я хотел бы, чтобы вы его объяснили.
На сегодняшний день примерно около 80 процентов школ - это украинские. Затем львиную долю из оставшихся 20 - это русские школы, и по несколько школ на других языках национальных меньшинств. Венгерская, молдавская, крымско-татарская, румынская и так далее.- Я объясняю его. Это очень, на мой взгляд, легко. Мы пошли навстречу пожеланиям общества, мы внесли и в правила внешнего оценивания, и в правила поступления в высшие учебные заведения то, о чем не просто говорила – кричала и вопила! – педагогическая общественность, студенты, ректора вузов на протяжении двух лет. И только прежнее министерство, абсолютно заполитизированное, взяв одну точку зрения за основу, не хотело реагировать, не хотело идти навстречу обществу. На сегодняшний день в Украине государство финансирует образование школьное на восьми языках. И поэтому попытка заставить всех выпускников школ с иным, кроме украинского, языком сдавать экзамены на украинском языке, вела к тому, что в момент самого важного испытания, которое определяет будущую конкурентоспособность молодого человека на долгие годы в плане получения образования, эта конкурентоспособность была искусственно разрушена. Именно поэтому министерство и я подписали приказ очень простого смысла – о том, что тестирование это язык обучения. Вы учились в венгерской школе, вы учились в молдавской школе, вы учились в русской школе – вы сдаете внешнее тестирование на языке обучения.
Те, кто заканчивал большинство школ до 1993 года, они получали нормальный, естественный билингвизм в понимании языка и во владении предметом украинской и русской литературы.- Да, конечно. Но при этом во всех школах национальных меньшинств – и венгерской, и крымско-татарской, и молдавской, и русской школе – обязательно преподается и изучается украинский язык и украинская литература. Как государственный язык.
Теперь каждый выпускник этого года и тот, кто придет на тестирование из выпускников прошлых лет – он имеет право добровольно улучшить результаты – он имеет право выбрать тот язык, на котором его учили.- Да, в общем, это так. Потому что игнорировался главный принцип о том, что родители имеют право принимать участие в выборе языка обучения. На сегодняшний день наиболее показательна картина в Киеве. В Киеве 529 средних учебных заведений, из них только 6 – это русские школы и гимназии, и в некоторых есть отдельные русские классы. То есть, за годы независимости эта пирамида практически перевернулась. Если до 1991 года примерно 90 процентов учащихся города Киева учились в русских школах, и примерно 12 процентов – в украинских школах, то на сегодняшний день пирамида выглядит по-другому. Около 95 процентов учащихся столицы Украины учится в украинских школах, а значительно меньшая часть – в русских школах. Но хочу объяснить, что украинские и русские школы до 1991 года – это было не совсем то, как, может быть, представляют себе радиослушатели-россияне. Вот, например, если я учился в русской школе, в простом рабочем, пролетарском районе Соломенка…
Государство не должно насильственно педалировать процесс украинизации школ в Луганске, в Севастополе, в Крыму. Не должно насильственно заставлять педагогов и местные органы власти возвращать детей в русские школы из украинских.- Первый шаг мы уже сделали. Когда я пришел в министерство, мне чиновники говорят: в этом году на внешнее оценивание 53 тысячи человек запросили лексико-графическую поддержку. Внешнее тестирование – это то, что ваше ЕГЭ. Из 400 примерно тысяч детей, которые в этом году будут сдавать украинскую форму ЕГЭ, 53 тысячи попросили лексико-графическую поддержку. Это значит, ребенок попросил словарик! Венгерско-украинский, молдавско-украинский, русско-украинский. Я говорю: а время какое? – То же самое – 2 часа. Я говорю: но он же хуже сдаст экзамен, это же понятно! Значит, ему сложнее, значит, у него будет ниже баллы, и он не сможет поступить в высшее учебное заведение. Удалось сломать эту ситуацию, и теперь каждый выпускник этого года и тот, кто придет на тестирование из выпускников прошлых лет – он имеет право добровольно улучшить результаты – он имеет право выбрать тот язык, на котором его учили.
Я считаю самым большим достижением многих лет в Украине - абсолютный билингвизм. Я закончил русскую школу, но тем не менее, из 53 научных и публицистических книг и монографий у меня 49 на украинском языке и 4 на русском.- Думаю, что нет. Потому что я считаю самым большим достижением многих лет в Украине – абсолютный билингвизм. Я закончил русскую школу, но тем не менее, из 53 научных и публицистических книг и монографий у меня 49 на украинском языке и 4 на русском.
Даже в самой радикально национально настроенной области Украины - Ивано-Франковской - один из самых известных университетов - это Национальный университет нефти и газа, тоже имеет практически по всем видам своих направлений подготовки русские группы.- Безусловно! Более того, процветает и держится прекрасный вуз – Ивано-Франковский университет нефти и газа – потому что у него огромное количество заказчиков из России, из Казахстана, из стран Ближнего Востока. Они сейчас выходят на рынок образования, скажем так, нефтяных богатых стран Персидского залива. Будут создавать и создают группы, но пока не арабские, а английские, потому что там инженер-буровик, инженер-геофизик вполне гармонично может работать со знанием английского языка, что, собственно, доказано было… Я когда-то жил в гостинице и каждый вечер на балконе общался с Жаком Ивом Кусто, на юбилее Арабских Эмиратов. И вот он говорил, что главной проблемой в середине 50-х годов, когда он первый разведывал нефтяные залежи в Объединенных Арабских Эмиратах, для него было плохое английское произношение. Потому что местные техники недостаточно его понимали. И он говорит, что по картам понимали хорошо, а вот в языке – не очень.
На Западной Украине постоянно выходят с инициативами героизировать людей, которые представляют ничем не лучшую форму тоталитаризма – националистическую.- Мне кажется, что снимать его стоит гуманизацией и определенной деполитизацией обязательных школьных курсов по истории. Это общие слова. Хочу сказать без общих слов – украинофилия или украинолюбие не предполагает обязательной полонофобии или русофобии. Это очень важно! Знаете, для меня здесь главный пример, вот как встречались практически несколько лет подряд, ежемесячно два великих европейских лидера – Шарль де Голль и Конрад Адэнауэр. Они искали точки соприкосновения в каждом вопросе! В том числе и целый ряд болезненных проблем – постоянных войн Пруссии и Франции, а затем Германии и Франции – перенесли в курс вузовского обучения. Я думаю, что в курсе обязательного обучения в средних школах Украины – мы говорим о школах, да – можно смягчить и объективнее изложить многие позиции. Но, понимаете, проблема заключается еще в том, что юг, восток, центр Украины, он переболел увлечением тоталитаризмом в его интернационалистической или, скажем, классовой форме.
У вас есть возможность отремонтировать несколько школ, или соорудить бронзовый истукан человеку, который пролил массу крови своих соотечественников и не своих соотечественников.- В Запорожье произошел, на мой взгляд, совершенно прискорбный факт для начала 21 века - местные органы власти хотят соорудить памятник Сталину. Запрещать государство, на мой взгляд, не должно. Нужно просто сказать, что это местный бюджет. У вас есть возможность закупить кувес для плохо развитых детей, которые родились раньше 7 месяцев, или отремонтировать несколько школ, или соорудить бронзовый истукан человеку, который пролил массу крови своих соотечественников и не своих соотечественников. Пожалуйста, выбирайте! Пусть за это несет непосредственно ответственность местный совет и местный мэр. То же самое – не должно государство насильственно демонтировать или требовать демонтировать памятники националистическим тоталитаристам в Западной Украине. Но вот в учебнике нужно говорить правду. Что Шухевич одел форму гитлеровской армии и проводил карательные операции против мирного населения на Западной Украине, против мирного населения в Белоруссии. Это будет правда. Будет правдой говорить то, что было два партизанских движения в Украине. В борьбе с советским партизанским движением – это подтверждают немецкие архивы – немцы потеряли сотни тысяч человек во время оккупации Украины. В борьбе с ОУНовскими соединениями партизанскими потеряли значительно меньшее количество, которое исчисляется несколькими сотнями погибших и, может быть, тысячами. Но это нужно рассказывать объективно! Еще раз подчеркиваю: любовь к Украине не предполагает ни полонофобии, ни русофобии. Вот я бы просил авторов, буду просить авторов учебника…
В борьбе с советским партизанским движением – это подтверждают немецкие архивы – немцы потеряли сотни тысяч человек во время оккупации Украины.- У нас единый учебник. И конкурс проводит министерство сначала рукописей для каждого предмета, каждого класса. Но, вместе с тем, я считаю положительным, чтобы как в европейских школах значительный объем часов, отведенных на историю, занимала локальная история, или местная. Она может преподаваться, например, вот в Киеве был такой, один из первых учебников "История моего города". Это история Киева. Это может быть краеведческий учебник или учебник по локальной истории. А вообще на сегодняшний день я уже неоднократно говорил педагогам и с юга, и с востока, педагогам с запада, что когда вы проклинаете учебник необъективный, созданный при Ющенко, вы не хотите посмотреть в закон. А в законе написано, что любая средняя школа имеет право до 40 процентов учебного времени - даже сегодня – сама готовить предметы и факультативы. Поэтому харьковские ученые должны не стенать на конференциях, а сделать нормальный, хороший, качественный, доступный детям школьный учебник "История слободского края", и там рассказать о том, что харьковщина развивалась всегда как регион транскордонного сотрудничества, дружественный и для Украины, и для России. И что там было два переселенческих потока, что засеки против кочевников строили и люди, приходившие из Воронежа, с Волги, и люди, приходившие из Новгород-Северских земель, с территории нынешней Черниговской области.
Я, скажем, выступал и выступаю – не только в оппозиции – против обязательного ограничения показа фильмов на русском языке, на английском, на французском.- Я буду сторонником отмены ограничения и по фильмам, и по телеканалам. Я считаю, что не должно государство руководствоваться запретительной позицией. Но самое поразительное - представительные демократические силы, они же умалчивают, что после введения обязательного перевода художественных фильмов на украинский язык количество посещений в кинотеатрах Львова упало чуть ли не на треть. А это тоже правда! Потому что привлечь зрителя можно только одним – конкуренцией. Сделать дубляж и музыку, и качество перевода фильма – американского, французского, немецкого - на украинский язык лучше, чем это делают те студии, которые на русском. Вот это я понимаю, как европейскую норму поведения. Не заставить, не сломать государственным решением об колено, разоряя прокатчиков, разоряя телепродюсеров, а финансировать и поддерживать продвижение государственного языка. Ну, например, когда работал я в первом, во втором правительстве Януковича, у нас были самые высокие показатели за всю историю Украины поддержки программы социально значимых изданий и украинской книги на украинском языке. Это были энциклопедии, это были словари, это была детская литература, это была классика. И когда мы первые внесли закон о поддержке отечественного книгоиздания, еще тогда в 2003 года национал-патриоты обрушились на нормы этого закона. Дескать, надо поддерживать книгу, изданную в Украине только на украинском языке! Мы настояли на том, чтобы поддерживать, освобождать от налога на добавленную стоимость, налога на прибыль любую книгу, созданную в Украине, напечатанную в Украине, потому что это рабочие руки наших полиграфистов, это поддержка мозгов наших авторов! Я вообще сторонник того, чтобы патриотизм измерялся двумя основными параметрами. Первый – насколько человек добросовестно исполняет законы. И второй – насколько добросовестно он наполняет государственную казну, платя налоги. Вот, на мой взгляд, два основных критерия. Это касается любого государства, и очень бы хотелось, чтобы в Украине вот такая норма отношения к гражданину, она стала доминирующей. Не тот, кто разваливает свой участок работы, уничтожает, например, два года методично высшее образование запретительными мерами, и при этом произносит какие-то ритуально правильные слова, которые ритуально правильные только для нынешней политической ситуации, а тот, кто, действительно, старается, чтобы было высокое качество образования, и чтобы была конкурентоспособность украинского диплома, скажем, хотя бы на постсоветском, а в перспективе – на европейском пространстве.
Но самое поразительное - представительные демократические силы, они же умалчивают, что после введения обязательного перевода художественных фильмов на украинский язык количество посещений в кинотеатрах Львова упало чуть ли не на треть.
- С точки зрения профессиональных вопросов, ни одного замечания или серьезной дискуссии я не услышал. В основном, студенты комментировали то, что им не нравится в тех или иных моих давних, прежних лет, публицистических, сделанных в оппозиции материалах, очерках и так далее.
- То есть, они уже скорректированы, на самом деле, получается, некоторые ваши мнения, позиции прежних лет?
- Я хочу сказать, что политические взгляды – это право любого человека. А государственного менеджера, министра нужно оценивать по тому, насколько четко он выполняет конституцию и законы Украины. Я говорю, что я не позволю никому упражняться над своими политическими взглядами, но не допущу ни одного нарушения норм закона Украины и ущемления ни одного университета, в каком бы регионе он не был, какой бы школы не был, в каком бы краю, области она не находилась. И для меня это самое главное. Почему? Потому что нельзя дальше поощрять общественную такую традицию, к сожалению, когда одни регионы претендуют перевоспитывать, переформатировать взгляды других. Но это совершенно недемократично! И чем раньше украинское общество это поймет, тем большая и быстрее гармония в нем наступит.
- Это не шаг к развалу Украины? Слишком высокая степень автономности, прежде всего. Все начинается с образования…
- Упаси бог! Я думаю, что если украинский университет во Львове будет конкурировать не только с Харьковским университетом, а скажем, хотя бы с Люблянским или Пражским, то это будет укреплять Украину. Более того, я знаю, каким образом, скажем, Канада поборола сепаратизм – только одним разумным шагом. Нарастание сепаратизма франкофонов в Квебеке было приглушено, а потом минимизировано и переведено в латентную стадию только тем, что Канада разрешила нормальное образование, нормальное обучение, телетрансляции, газеты на французском языке.
- На всей территории Канады.
- На всей территории! Более того, за последние несколько лет сепаратизм Квебека, он тает быстрее, чем сегодня в Украине апрельские остатки снега.
***
В рубрике Мир о нас статьи из зарубежных СМИ об Украине публикуются без купюр и изменений. Редакция не несет ответственности за содержание данных материалов.