Times: Не удивительно, что Россия ведет себя как параноик

И это придает еще большую силу Дмитрию Медведеву, избранному российскому президенту, который зашел еще дальше, чем Путин, предположив, что решение Запада рассмотреть заявки, представленные Украиной и Грузией в Совет НАТО, равноценно декларации холодной войны.

Если когда-нибудь подлинный дух мирного сотрудничества возникнет между Западом и самой густонаселенной страной Европы – не исключено, что к этому времени она станет также крупнейшей экономической державой Европы, – то нашим лидерам придется глубоко задуматься об обоснованности обид России на расширение НАТО.

С момента развала Советского Союза при Борисе Ельцине в 1991 году расширение НАТО и ЕС до западных и южных границ России выглядело с точки зрения русских как экспансия последней империи в Европе (возможно, и во всем мире).

В то время как расширение ЕС можно было представить в качестве экономического мероприятия, основной целью которого является повышение уровня жизни в Центральной и Восточной Европе и даже усиление потенциала соседей России как партнеров по торговле, то сочетание ЕС и НАТО выглядит совсем иначе.

Западные политики могут насмехаться над такими фантазиями, считая их проявлениями российской националистической паранойи. Но разве русские не должны волноваться, когда западные армии и ракеты подходят все ближе к их границам? Ведь происходит окружение российских границ, подобное тому, которого пытались достичь Наполеон и Гитлер более жесткими средствами. Официально Запад отвечает, что расширение НАТО носит оборонный характер и что ни одна страна НАТО не мечтает о покушении на российские территории. Но притворное удивление Запада только усиливает опасения России и страх провокации. У России есть три причины для справедливого негодования.

Первая причина России состоит в "оборонительном" характере экспансии НАТО. Как сказал президент Путин в своем пресловутом (с точки зрения Запада) и прославленном (с точки зрения России) выступлении в прошлом году, экспансия НАТО не имеет отношения к обеспечению безопасности в Европе, а напротив, представляет собой серьезную провокацию, которая снижает уровень взаимного доверия, а потому у нас есть право спросить, против кого направлена экспансия.

Более того, антироссийская подоплека вступления в НАТО еще очевиднее в случае Украины и Грузии – и это вторая причина, почему русские недовольны. Можно утверждать, что у Украины и Грузии есть причины для враждебного отношения к России, которая вмешивалась в их политику с момента объявления их независимости в 1992 году. В случае с Грузией дошло даже до военной поддержки сепаратистских движений в Абхазии и Осетии. В Украине Россия поддерживала политиков, представлявших значительное русскоговорящее меньшинство, и, возможно, пыталась повлиять на результаты выборов и даже посягала на жизнь политиков.

Справедливы или нет эти предположения, взаимная вражда между Россией и украинскими и грузинскими националистами остается неоспоримым фактом жизни. Если Украина и Грузия вступят в НАТО, члены альянса, включая США и Великобританию, должны будут рассматривать эпизоды вмешательства России во внутренние дела этих государств как объявление войны.

Можно представить себе, что решение России бороться с сепаратистами в Абхазии спровоцирует кризис, подобный кубинскому ракетному кризису минувших дней, и, возможно, будет иметь разрушительные последствия. В этом смысле вступление в НАТО Украины и Грузии, даже если бы оправдывалось западными демократическими ценностями, также должно рассматриваться Россией как проявление враждебности.

Основная причина, почему обе эти страны, границы которых были произвольным образом очерчены в советские времена, так хотят присоединиться к НАТО, состоит в том, что в их составе есть регионы, стремящиеся к отделению. Большое число этнических русских в Украине и в Грузии почти наверняка захотели бы воссоединения с Россией. В Абхазии и Осетии дошло даже до создания военных сепаратистских движений. Если НАТО включит в себя Украину и Грузию с целью обеспечения их права на самоопределение, то каким будет ответ, если Россия потребует референдума по вопросу выхода из состава государства в Абхазии и в Крыму?

Ответ будет зависеть не от моральных принципов, а от власти. Демократическое самоопределение никогда не являлось непреложным принципом геополитики, и на то есть причины. Такая аргументация никогда, например, не использовалась, чтобы пригласить Тайвань в НАТО. Тайвань не признан ни одним из государств НАТО, хотя его жители неоднократно голосовали за автономию, а Китай открыто угрожал захватить остров силой.

Почему тогда Запад должен предлагать военную поддержку Грузии и Украине в их противостоянии с Россией? Причина, конечно, в том, что Китай слишком силен и важен для западных правительств, чтобы идти на такую провокацию, в то время как Россия рассматривается как слабое и незначительное государство.

Это представление о слабости является третьей причиной, почему Россия может чувствовать себя ущемленной и почему НАТО не следует заходить так далеко. Германия в 1820-х годах была слабее, чем Россия сегодня. Однако история показывает, что слабость не всегда длится вечно.