Газета: Прощай, Севастополь

Виктор Ющенко хочет изгнать Черноморский флот к 2017 году, пишут журналисты Юрий Свирко и Дмитрий Бальбуров в российском издании Газета.

Коммунисты, вперед

Крымские коммунисты тем временем собрали 188 тысяч подписей за бессрочное пребывание Черноморского флота России в Севастополе. Как подчеркнул лидер коммунистов Крыма и депутат верховной рады Украины Леонид Грач, сбор подписей начался по его инициативе 4 мая на встрече ветеранов партизанского движения. Леонид Грач обратился ко всем представленным в Крыму политическим партиям с призывом поддержать акцию. Пока к ней присоединились только Русская община Крыма и Социалистическая партия Украины. "Подписи собираются в 44 информационных палатках, установленных в разных регионах Крыма. Кроме того, сбор осуществляется путем поквартирного обхода", - сообщил второй секретарь крымского республиканского комитета Компартии Украины Юрий Аксютин. По его словам, акция продлится до 10 июня, всего планируется собрать 2 млн подписей.

Адмиральские гены

Черноморский флот, чье 225-летие отмечали в Севастополе совсем недавно, начался с того, что несколько кораблей балтийской эскадры под командованием адмирала Марка Войновича (уроженец Черногории, предок современного писателя Владимира Войновича) прибыли в Черное море накануне очередной войны с Турцией, а попутно Азовская флотилия была перебазирована в только что отвоеванный Крым. Войнович командовал новым флотом после Федора Колчака, и в начавшейся войне 1787-1792 годов заслужил недовольство Екатерины II пассивностью и нерешительностью, за что и был смещен с должности.

Вероятно, командующий передал свои гены флоту. Хотя на счету Черноморского флота самые громкие победы России на море - взятие греческого острова Корфу в 1799 году и разгром турок в Синопском сражении, отечественному флоту особо похвастаться нечем на фоне достижений американских, японских, французских, а тем более британских ВМС. "Собственно говоря, Синоп - это последняя победа российского флота, - сказал корреспонденту "Газеты" историк Борис Соколов. - Крупные сражения, произошедшие после него, неизменно заканчивались конфузом. Одна Цусима чего стоит. Но символично, что последняя победа флота произошла именно на Черном море".

Как ни печально отмечать, но подавляющее большинство успехов отечественных моряков были достигнуты в войнах против Турции, чьи корабли долгое время использовали пушки с каменными ядрами (например, в знаменитом Чесменском сражении 1770 года), и образцом морской доблести не являлись.

В Крымской войне после Синопского сражения флот не участвовал, так как был затоплен на рейде Севастополя, а его личный состав защищал бастионы наряду с пехотой.

Террор "Гебена"

В Первую мировую войну весь Черноморский флот в составе 9 линейных кораблей, 2 крейсеров, 26 эсминцев и множества менее крупных судов ничего не мог поделать с германскими крейсерами "Гебен" и "Бреслау", о которых известный советский военно-морской теоретик Александр Шталь был вынужден написать в 1923 году: "В истории флотов нет примера, чтобы один корабль сыграл роль, подобную той, какая выпала на долю "Гебена". Все разрушения, причиненные знаменитыми крейсерами вроде "Алабамы", бледнеют пред теми бедствиями, причиной которых был "Гебен". Вступление в войну Турции на стороне Германии оказалось фатальным для Российской империи, лишенной морских коммуникаций с союзниками по Антанте, и во многом способствовало ее крушению. А линейный крейсер "Гебен" вместе с легким крейсером "Бреслау" буквально терроризировали значительно превосходящий Черноморский флот и погибли в Эгейском море, подорвавшись на британских минах и подвергшись атакам англичан с воздуха. Этим список поражений ЧФ в Первую мировую войну не ограничивается: в начале октября 1917 года немецкие диверсанты подорвали линкор "Императрица Мария" прямо на севастопольском рейде.

Нестратегический фактор

После революции 1917 года ЧФ был частично затоплен, частично уведен в Бизерту (Тунис) белогвардейцами. А возродился он, согласно советской историографии, к 1928 году, когда туда были переведены из Кронштадта старый линкор "Парижская коммуна" (бывший "Севастополь") и крейсер "Профинтерн".

К началу Великой Отечественной войны ЧФ представлял собой неплохо оснащенную эскадру в составе линкора, 6 крейсеров, 16 лидеров и эсминцев, 47 подводных лодок - вполне сопоставимые силы с, например, японским отрядом вторжения на Малайю в декабре 1941 года. Однако японские корабли и самолеты потопили гордость британского флота - линкоры "Рипалс" и "Принс оф Уэльс", захватили казавшийся неприступной твердыней Сингапур, почти всю голландскую Ост-Индию и установили контроль над колоссальными водными пространствами. А Черноморский флот не сумел организовать эвакуацию героически сражавшегося гарнизона Севастополя, фактически бросив на произвол судьбы более 100 тысяч солдат.

Даже итальянские историки, чьи ВМС неоднократно получали нещадную трепку от англичан и французов, отмечали слабость ЧФ. "Он был не слишком эффективным. Его крупные корабли ни разу не участвовали в каких-либо операциях, хотя легкие силы оказывали постоянное давление на прибрежный фланг армий Оси. Советские подводные лодки принесли совсем немного хлопот итальянским танкерам, перевозившим румынскую нефть", - пишет историк Марк Брагадин.

Особенно резко снизилась активность Черноморского флота после потопления авиацией Германии в октябре 1943 года эсминцев "Беспощадный" и "Способный".

Но отметим, что осторожность была присуща не только российским и советским флотоводцам. Например, Гитлер после уничтожения линкора "Бисмарк" прятал от англичан "Тирпиц", японский адмирал Ямамото не рискнул самыми крупными линкорами "Мусаси" и "Ямато", хотя все три корабля все равно погибли под ударами англо-американской авиации. Британские адмиралы тоже не всегда следовали традициям своего флота искать боя в любых условиях.

В послевоенное время ЧФ окончательно уступил пальму первенства Северному и Тихоокеанскому флотам, которые имеют более удобный выход в Мировой океан, а потому оснащались главной ударной силой ВМФ - ядерными подводными лодками. Историк Борис Соколов отметил: "Сейчас Черноморский флот стал сугубо политическим фактором, инструментом присутствия в Крыму и межгосударственных отношений. С точки зрения военной стратегии он бесполезен. Нет противника: с НАТО воевать не сможет, с Украиной не захочет".