The Times: Украина. Долгая память

Еще в 1946 году Джордж Оруэлл с горечью писал о "тумане лжи и дезинформации, окружающей такие темы, как голод на Украине..." Этот туман не рассеялся и сегодня - даже после падения коммунизма.

Конечно, у одной из крупнейших гуманитарных катастроф прошлого века должна быть своя историческая категория. Однако то, как сегодня отмечается это событие, может привести к резкому обострению отношений между Украиной и Россией, а также усилить недоверие Кремля к Западу.

В данном случае вина лежит на плечах российского режима, чье поведение становится все более странным.

Голод был не только на Украине, но и в других регионах Советского Союза, это верно. Однако если результат голода был одинаков для всех, то цель кампании Сталина была явной и жестокой: разрушить связь крестьян с землей и убить в украинском крестьянине чувство своей национальной принадлежности.

Никто не пролил на этот исторический эпизод столько света, сколько историк Роберт Конквест в своей книге "Урожай горя", в которой он рассказывает о том, как власть безжалостно использовала голод в качестве политического инструмента разрушения нации. Украинские границы были закрыты; украинских крестьян выгоняли из русских деревень и оставляли умирать от голода.

Слово "геноцид" было придумано уже после войны и зачастую действительно политизировано - но в отношении уничтожения Сталиным украинского крестьянства оно вряд ли может считаться преувеличением.

И это не Украина размахивает националистической повесткой дня. Это Россия при Владимире Путине и Димитрии Медведеве (так в тексте - прим. перев.) постоянно занимает в отношениях с бывшими республиками Советского Союза непримиримые и обструкционистские позиции. Замалчивание национальной сути Голодомора - это продолжение линии России, начатой еще в 2004 году со вмешательства в украинские выборы и продолженной в 2006-м экономической блокадой Грузии.

В последнее время западные демократии реагируют на это слишком мягко, представая не столько в роли бдительного часового, сколько в роли коврика для ног.

Признание явно национального характера голода - это вопрос исторической правды. Мы выиграли 'холодную войну' в том числе и затем, чтобы все государства признавали факты и собственные ошибки.

Борьба между Западом и Востоком не была ни случайной, ни ошибочной: она была неизбежным результатом сталинской дипломатии как в период объединения с Западом во время войны, так и после нее. Эта было не просто конкуренция за влияние - это был спор идеологий, спор между силой государства и свободой личности.

И если сегодня мы умерим свое отношение к преступлениям Сталина в интересах облегчения отношений с нынешними обитателями Кремля - это будет предательством и той борьбы, и вообще всей истории. Отношения между странами становятся то хуже, то лучше; но жертвы истории должны остаться в ней навсегда.

Перевод с английского ИноСМИ.ru