Корреспондент: Тюремный роман. 15 выдержек из книги Михаила Ходорковского – Тюрьма и воля

11 июля 2013, 10:02
💬 0
👁 2269

Тюрьма и воля Михаила Ходорковского - исповедь некогда крупнейшего на постсоветском пространстве бизнесмена, в одночасье потерявшего капитал и свободу из-за своей политической позиции. Корреспондент представляет 15 выдержек из работы человека, приговор которому резко изменил восприятие современной России.

Многие великие писатели в свое время были тюремными узниками, и многие узники становились писателями: атмосфера заточения располагает к литературному творчеству.

Cамый известный на сегодня российский политзаключенный - Михаил Ходорковский, десятый год отбывающий срок в колонии, - в 2012-м выпустил первую книгу, Тюрьма и воля, написанную в соавторстве с журналисткой Наталией Геворкян.

В ней нынешний зэк рассказывает о своем восхождении на вершину российского бизнесолимпа, аресте в 2003 году и разгроме принадлежавшей ему нефтяной компании ЮКОС.

Автобиографические заметки в книге сопровождены рассуждениями о жизни в неволе, о политике, о власти в России и сотрудничестве с ней крупного бизнеса, а также о перспективах развития постсоветского общества

Причиной фатального финала олигарха многие называют его конфликт с действующей властью - президентом РФ Владимиром Путиным и его окружением. Ходорковский был весьма самостоятельной фигурой на политической карте России, позволяя себе открыто выступать против коррупции государственного масштаба.

Его независимость вкупе с лакомым активом, который представлял собой ЮКОС в начале 2000-х (он входил в десятку самых крупных компаний России), сыграли с бизнесменом злую шутку: сам он оказался в тюрьме, а его ключевые активы после несложной комбинации перешли под контроль государственной Роснефти.

Автобиографические заметки в книге сопровождены рассуждениями о жизни в неволе, о политике, о власти в России и сотрудничестве с ней крупного бизнеса, а также о перспективах развития постсоветского общества. Благодаря всем этим раздумьям Тюрьма и воля превращается в исповедь бизнесмена, построившего свою империю на волне постсоциалистической приватизации.

Экс-владелец бывшей крупнейшей нефтяной компании России и до ареста придерживался философии, согласно которой человек, накопивший гигантское состояние, должен перейти в новое качество - прекратить коллекционировать яхты и дворцы, оставить предпринимательство и начать заниматься общественно полезной деятельностью.

Окунувшись в практическую политику, я с некоторым, быть может, наивным удивлением убедился, что морали тут действительно не место, что здесь не в чести даже элементарная порядочность, а предательство и ложь - всего лишь обыденные нормы поведения - о правилах и нормах современной российской политики.

[Путин] обычный нормальный человек, на которого наложило серьезный отпечаток воспитание - и дворовое, и по месту службы - никому не верит, кроме “своих”. “Своим”, впрочем, думаю, тоже не очень. Приверженец “теории заговора”, умеет слушать и подстраиваться под собеседника, легко учится, но втискивает чужую точку зрения в свою внутреннюю модель. Иногда у него появляется недоумение от слишком очевидных разногласий его модели с реальной действительностью. Он это видит, но подавляет в себе сомнения. Птолемей так достраивал геоцентрическую модель Солнечной системы, вместо того чтобы перейти к гелиоцентрической. Путин - идеальная фигура лидера застоя - о том, что собой представляет мировоззрение российского президента Владимира Путина.

Путин верит, что путем мобилизации, контроля, порядка можно создать страну, которую будут уважать соседи и где граждане будут сыты, а значит - довольны. Я убежден, что это верно для отары овец или для общества, похожего на отару овец - о принципах управления Путина.

Я не люблю силовиков именно за то, что они считают насилие эффективным способом решения проблем, причем навязывают его и власти, и обществу. А наши “мачо” ведутся - об отношении к насилию как способу решения государственных проблем.

Несомненно, люди от Путина начали уставать. Его “большой политический цикл” близится к концу. В современном мире - это 15 лет. Система “костенеет”, становится все менее способной к изменениям. Собственные управленческие ошибки начинают “догонять”, и продолжать списывать их на “лихие девяностые” все сложнее. Что делать? Сталинскими методами менять элиту? Невозможно. Она и есть путинская опора. Значит, маскировать растущую неэффективность. Проходили, знаем. Кончится все внезапно. Закостеневшая система пропустит какую-то кризисную ситуацию, которая и взорвет котел. Локально-дворцовый переворот или глобально-массовые забастовки, перерастающие в революцию. Это – учебник - о возможности революции в России, вызванной закостенением государственной системы.

Если ты не веришь в страну - продавай бизнес, уходи и уезжай. Ничего другого человечеством для бизнесменов не придумано. Борьба на силовой арене - совершенно иная профессия. Лоббирование своих интересов - для бизнеса нормально. Силовое противостояние – нет - о существовании крупного бизнеса при авторитарной власти.

То, что будет так жестоко, - не предвидел никто. Выход наших оппонентов “за пределы игрового поля”. Бывает, когда соперники переворачивают доску. Вот и эти - перевернули… Свою вину перед теми, кто “не подписывался” [менеджерами ЮКОСа, которые были посажены в тюрьму заодно с Ходорковским], ощущаю постоянно. Оправдание одно - я действительно не верил, что такое возможно. Не предполагал, что правил не будет настолько, что репрессии будут настолько избыточными - о последствиях разгрома ЮКОСа .

Любая коррупция - плохо. Но когда она сопровождает обычные, нормальные бизнесрешения, “отщипывая кусочек” от прибыли, ситуация не является критичной. Гораздо хуже, когда масштабы поборов вырастают настолько, что бизнесрешения принимаются исходя из коррупционной составляющей. Но и это лишь промежуточная стадия. Полностью системной коррупцию я называю тогда, когда она становится целью бизнес-проектов. Их единственным реальным смыслом. Идет ли речь о дороге, трубе или месторождении - они лишь предлог для очередного “распила”. Такая коррупция не тормозит, а уничтожает экономику, -  о глобальных масштабах коррупции в России.

Нам всем было ясно [в начале 2000-х]: в большом бизнесе наше время заканчивается. Уже неинтересно [заниматься бизнесом], нужны профессионалы, более молодые и образованные. Поэтому каждый стал выстраивать собственное будущее на послебизнес-период. В политике, в образовании или, как я, в общественной деятельности. Людям, не имевшим доступа к по-настоящему большим деньгам, бывает трудно понять: большие деньги - это большая ответственность. От нее устаешь. А удовольствия, которые можно купить за большие деньги, нужны далеко не всем. Ну не всем нужны яхты, футбольные клубы, дворцы в разных концах света или золотые унитазы! Зачем же держаться за деньги, где ты уже достиг своего потолка? Хочется заниматься тем, что интересно. К слову, место президента и даже премьера - большая ответственность и тяжелая ноша для более-менее порядочного человека. На такую ношу можно согласиться, только ощущая собственное призвание, которого, например, у меня нет. Не хочу я разгребать авгиевы конюшни, ощущая всеобщую “нелюбовь - о кризисе ответственности, которая приходит с большими деньгами или серьезной государственной должностью.

Сегодня в западном мире остается, а во всем прочем принимается так называемая потребительская парадигма. То есть целью и критерием развития считаются объемы материального потребления. Это почти трехвековая традиция, но традиция, ставшая вредной. Оппозиция этому курсу уже существует, и я отношу себя к ее приверженцам. Постиндустриальная экономика, экономика знаний не нуждается в мощностях по массовому тиражированию индустриальных товаров, в стимулировании граждан к демонстративному, бессмысленному потреблению материальных ресурсов. Мы можем и должны на доходы от продажи сырья создавать не столько заводы третьей технологической волны, сколько университетско-научные центры, организованные и расположенные так, чтобы стать действительно центрами притяжения лучших умов планеты - о тупиковости модели экономики потребления и необходимости перехода к экономике знаний.

Уверен, что получение “действительного” высшего образования для 80 % граждан - достижение более важное и нужное, чем 80-процентная автомобилизация - о важности повышения образовательного уровня общества.

В прежней парадигме к новому станку нужен человек с двумя классами образования, поэтому ставить туда историка, искусствоведа - глупо. А впихивать этим людям новый гамбургер, новую шубку, новую, столь же прожорливую, автомашину - “умно”, это “правильный стимул”, от него ВВП растет! Так вот эту парадигму надо менять - о парадигме общества потребления.

Адаптация к свободе после пяти лет зоны трудна, после десяти - в большинстве случаев невозможна. Человеческая психика коверкается в большинстве случаев необратимо - о возможностях адаптации бывших узников.

Человек в тюрьме, несомненно, меняется. Тюрьма сходна с инвалидностью, когда одни неработающие системы восприятия восполняются обострением других, приходит большая чувствительность. Те, кто долго находится в тюрьме, гораздо тоньше ощущают окружающих. Выходившие после долгой отсидки на волю рассказывают, что первые несколько месяцев читают людей как открытую книгу. Потом “сверхвосприимчивость” проходит - о влиянии, которое оказывает тюрьма на психику человека.

Я запретил себе думать о выходе на свободу уже пять лет назад и свыкся с этой мыслью. Теперь меня ничего не нервирует. Что же касается отношения [тюремщиков к Ходорковскому], то и здесь все стало проще. Меня знают как спокойного человека, готового идти как на обострение, так и на компромисс, имеющего поддержку на воле. Последнее - очень важно. Никто не хочет ненужных проблем. Будет команда - будут “прессовать”, нет команды - не будут. А все остальное здесь мало кого интересует. Виноват - не виноват… Не маньяк, и ладно. Извечная российская тюремная действительность - о тюрьме и о себе.

 

Михаил Ходорковский

Родился в 1963 году. В 23 года с отличием окончил Московский химико-технологический институт им. Менделеева, где был не только студентом, но и заместителем секретаря вузовского комитета комсомола. Параллельно с учебой работал плотником в кооперативе.

В 1987-м, через год после получения диплома, когда в СССР разрешили заниматься предпринимательской деятельностью, Ходорковский создал один из первых межотраслевых центров научно-технического творчества молодежи (НТТМ). Через подобные центры, ставшие ростками капитализма в Союзе, прошли многие нынешние украинские и российские мультимиллионеры и миллиардеры.

Центр НТТМ Ходорковского успешно занимался импортом компьютеров, и уже в 1989 году молодой предприниматель создал первый в Союзе коммерческий банк - Менатеп.

После краха СССР Ходорковский некоторое время продолжал заниматься банковской деятельностью, пока в 1996-м не приобрел на залоговом аукционе нефтяную компанию ЮКОС, сделавшую его миллиардером.

Бизнес не был единственным смыслом жизни Ходорковского - начиная с 1991-го и до своего ареста в 2003-м он работал в различных правительственных структурах, а также финансировал российские оппозиционные политические партии - в частности Яблоко и КПРФ.

Десять лет назад Ходорковского арестовали и осудили на девять лет по обвинению в мошенничестве и неуплате налогов. В 2006 году против него завели новое дело - о хищении нефти, которое обернулось для экс-миллиардера новым сроком - 14 лет.

Ходорковский должен выйти на свободу 25 октября 2014 года.

***   

Этот материал  опубликован в №26 журнала Корреспондент от 5 июля 2013 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.      

ТЕГИ: Россия Путин журнал Корреспондент книга Ходорковский идеи