Le Figaro: Дети made in Ukraine

Разрешат ли суррогатным матерям въезд во Францию? На этот вопрос через несколько дней попытается ответить рабочая группа, созданная Сенатом. А пока в Восточной Европе процветает прокреативный туризм. Путешествие из Киева в Харьков, в мир бэби-бизнеса провел журналист французской газете Le Figaro Прюн Антуан.

"Станьте суррогатной матерью! Вознаграждение от 3000 евро". Маленькое объявление с изображением улыбающейся блондинки и указанием номера телефона размещено в бесплатном ежемесячном журнале, который распространяется в Киеве. На Украине суррогатное материнство воспринимается как обычная работа. Интернет-форумы изобилуют декларациями благих намерений и свидетельствами: "Что плохого, если они не могут иметь ребенка и платят за это?" – спрашивает 28-летняя Наталка. "Я не бросаю своего ребенка, потому что на самом деле он не мой, – оправдывается 25-летняя Гана. – Когда я вижу счастливые лица родителей, я говорю себе, что сделала доброе дело".

В этой бывшей советской республике, где средняя ежемесячная зарплата составляет 200 евро, заявления о бескорыстных дарах звучат по меньшей мере фальшиво. Если украинки и соглашаются исполнить роль "кормилиц" для французских, бельгийских или немецких пар, то в основном за деньги. Здесь, в Украине, "иностранец" значит "богатый". А в школе дикого капитализма каждый делает то, что умеет.

В этой бывшей советской республике, где средняя ежемесячная зарплата составляет 200 евро, заявления о бескорыстных дарах звучат по меньшей мере фальшиво.

С недавнего времени Восточная Европа стала одним из излюбленных мест европейских пар, столкнувшихся с невозможностью родить ребенка. Низкие тарифы и мягкое законодательство, многочисленные агентства и клиники, специализирующиеся на бэби-бизнесе: в Украине их два десятка, в Чехии – 17, в Польше – 40. Стоимость программы "суррогатного материнства" колеблется от 15 до 30 тыс. евро, "в среднем". Для сравнения: чтобы получить ребенка made in America, нужно более 50 тыс. долларов, а в Индии – всего 10 тыс., что делает ее новым модным местом прокреативного туризма.

От 200 до 400 французских семей ежегодно отправляются за границу, чтобы воспользоваться этой формулой "все включено". "Здесь почти в каждом центре репродукции существует конфиденциальный список потенциальных кандидаток", – утверждает Федор Дахно, отец первого украинского младенца из пробирки, возглавляющий киевский Институт репродуктивной медицины. И хотя официальной статистики нет, каждый год специализированные клиники вербуют около сотни суррогатных матерей. Показатели "черного рынка" примерно того же порядка, даже выше.

Расположенная в Харькове частная фирма La Vita Felice предлагает бесплодным парам комплексные пакеты, сочетающие туризм с суррогатным материнством: от оплодотворения до выбора суррогатной матери по каталогу, а также билеты на самолет, аренду квартиры, переводчика и юридическое сопровождение. Изучить базу "суррогатных матерей" можно за 1000 долларов, арендовать квартиру на месяц – чтобы присутствовать при рождении ребенка и урегулировать административные формальности – 100 долларов. VIP-пакет гарантирует обеспокоенным будущим родителям во время их отсутствия круглосуточное наблюдение за вынашивающей их ребенка женщиной. Вознаграждение суррогатной матери обычно не превышает 3000 евро, тогда как доля врачей, юристов и посредников гораздо выше.

"Это не прибыльная индустрия"

"Я не бросаю своего ребенка, потому что на самом деле он не мой. Когда я вижу счастливые лица родителей, я говорю себе, что сделала доброе дело".

"Это не прибыльная индустрия, мы же говорим о медицине!" – возмущается Константин Лебедев, директор культовой среди олигархов клиники "Исида" и первого на Украине медицинского центра, специализирующегося на искусственном оплодотворении. Футуристическое здание с изумрудными стеклами, роскошные номера с бутылками шампанского, устрашающие охранники в сверкающем холле – "Исида" похожа на НЛО, приземлившийся на безрадостной киевской окраине.

350 сотрудников, 700 детей в год. Сумма дохода за 2007 год – 10 млн долларов. "Для нас главное – этика", – говорит Константин Лебедев, "managing director, MBA", как гласит его визитка. По его словам, суррогатное материнство составляет ничтожную часть деятельности "Исиды", всего "несколько пар в месяц". "Мы не выходим за рамки медицинской стороны – оплодотворения, родов и ведения беременности. Точка".

Посредников между иностранными парами и суррогатными матерями легче найти через агентства, которые привлекают клиентов с помощью интернета на интерактивных сайтах, переведенных на несколько языков. В тесном офисе "Росюрконсалтинг" – российской компании, специализирующейся на юридических консультациях, – Вадим Настоящий, скрипя зубами и постоянно глядя на часы, еле сдерживается. "Иностранные СМИ дают катастрофическую картину ситуации", – говорит он с осуждением. И хотя он отказывается показать свою "базу суррогатных матерей", он соглашается перечислить, почти машинально, критерии отбора: "вынашивающая утроба" не старше 35 лет, хорошее здоровье, наличие собственного ребенка для того, чтобы "перенести материнские чувства на собственное потомство".

"Для нас главное – этика. Мы не выходим за рамки медицинской стороны – оплодотворения, родов и ведения беременности. Точка".

"У нас ребенок, рожденный суррогатной матерью, принадлежит родителям-заказчикам", – заявляет Вадим Настоящий. Во Франции, где эта практика полностью запрещена, Парижский кассационный суд 25 октября прошлого года вынес решение о предоставлении французского гражданства ребенку, рожденному суррогатной матерью в США восемь лет назад. Теперь это решение может создать прецедент, и рабочая группа Сената, разрабатывающая проект закона, регулирующего данную сферу, в конце месяца представит свой доклад.