oleg.burlaka2 добавил комментарий к статье
На Дарнице задержан львовянин с килограммом амфетаминов.
Три двухрублевых заведения - Софьи Васильевны, "Старо-Киевский" и Анны
Марковны - несколько поплоше, победнее. Остальные дома по Большой
Ямской-рублевые; они еще хуже обставлены. А на Малой Ямской, которую'
посещают солдаты, мелкие воришки, ремесленники и вообще народ серый и где
берут за время пятьдесят копеек и меньше, совсем уж грязно и скудно: пол в
зале кривой, облупленный и занозистый, окна завешены красными кумачовыми
кусками; спальни, точно стойла, разделены тонкими перегородками, не
достающими до потолка, а на кроватях, сверх сбитых сенников, валяются
скомканные кое-как, рваные, темные от времени, пятнистые простыни и дырявые
байковые одеяла; воздух кислый и чадный, с примесью алкогольных паров и
запаха человеческих извержений; женщины, одетые в цветное ситцевое тряпье
или в матросские костюмы, по большей части хриплы или гнусавы, с
полупровалившимися носами, с лицами, хранящими следы вчерашних побоев и
царапин и наивно раскрашенными при помощи послюненной красной коробочки от
папирос.
Круглый год, всякий вечер,-за исключением трех последних дней страстной
недели и кануна благовещения, когда птица гнезда не вьет и стриженая девка
косы не заплетает, - едва только на дворе стемнеет, зажигаются перед каждым
домом, над шатровыми резными подъездами, висячие красные фонари. На улице
точно праздник - пасха: все окна ярко освещены, веселая музыка скрипок и
роялей доносится сквозь стекла, беспрерывно подъезжают и уезжают извозчики.
Во всех домах входные двери открыты настежь, и сквозь "них видны с улицы:
крутая лестница, и узкий коридор вверху, и белое сверканье многогранного
рефлектора лампы, и зеленые стены сеней, расписанные швейцарскими пейзажами.
До самого утра сотни и тысячи мужчин подымаются и спускаются по этим
лестницам. Здесь бывают все: полуразрушенные, слюнявые старцы, ищущие
искусственных возбуждений,, и мальчики - кадеты и гимназисты - почти дети;
бородатые отцы семейств, почтенные стол