Если они предлагают дружбу, то делают это не из любви к добродетели (которую они не почитают), но ради выгоды и пользы. Поэтому именно о них и можно сказать: Там только чернь с тобой дружна, Где выгод ждет себе она&;#187; - Адам Олеарий, немецкий путешественник (1603 1671 гг.)

&;#171;Так как они избегают правды и любят прибегать ко лжи и к тому же крайне подозрительны, то они сами очень редко верят кому-либо; того, кто их сможет обмануть, они хвалят и считают мастером. Поэтому как-то несколько московских купцов упрашивали некоего голландца, обманувшего их в торговле на большую сумму денег, чтобы он вступил с ними в компанию и стал их товарищем по торговле. Так как он знал такие мастерские приемы обмана, то они полагали, что с этим человеком будет хорошо торговать...

За сим, они подозрительны, пропитаны, так сказать, подозрением, ибо, будучи вероломными по отношению к другим и сами не могут верить кому бы то ни было. К лести они столь склонны, что у них вошло в постоянный обычай придавать лицу приятное выражение, простираться всем телом по земле, покрывать руку бесчисленными поцелуями и подкреплять льстивые, ложные речи клятвою...&;#187; - Яков Рейтенфельс, итальянский посол (1672 1673 гг.)

&;#171;Русские, не стесняясь, задирают иностранцев всяких, в особенности же немцев, бесстыдными речами и, если встретятся случайно с ними, то громко обзывают их глупейшею бранью Что касается всего, более возвышенного, то они в этом и поныне оказываются тупыми и неспособными, и эта тупость поддерживается в них климатом и весьма грубым напитком - водкою, которою они постоянно напиваются.

&;#171;Как ведут себя эти варвары, ты можешь заключить даже из того, что все, что бы они ни говорили, они считают незыблемым и твердым, более того, они при переговорах не позволяют возражать себе и действуют в своих интересах, рассматривают только то, что предлагают сами; а если предложат что-нибудь, что им не нравится, они говорят, что это вздор и не имеет никакого отношения к делу. Кроме того, они хитры и изворотливы, упрямы, своевольны, враждебны, недружелюбны, порочны, чтобы не сказать бесстыдны, склонны ко всяким мерзостям. Они предпочитают использовать насилие, а не разум. Поверь мне, они отказались ото всех добродетелей&;#187;. - Якоб Ульфельд, датский дипломат (1578 г.)

&;#171;Когда наблюдаешь русских в отношении их душевных качеств, нравов и образа жизни, то их, без сомнения, не можешь не причислить к варварам. Русские вовсе не любят свободных искусств и высоких наук и не имеют никакой охоты заниматься ими... Так как они несведущи в науках, не очень интересуются достопамятными событиями и вовсе не стремятся к знакомству с качествами чужих наций, то в сходбищах их ни о чем подобном и не приходится слышать. Большею частью их разговоры направлены в ту сторону, куда устремляют их природа и низменный образ жизни: говорят они о разврате, о гнусных пороках, о неприличностях и безнравственных поступках, частью ими самими, частью другими совершенных&;#187;. - Адам Олеарий, немецкий путешественник (1603 1671 гг.)

Получив такой ответ, мы перестали докучать им и стали вести жизнь уединенную, смешанную со скорбью. Ведь пока мы там находились, нас не посещал никто, кроме дряхлых двух бояр, которые сначала изображали величайшую важность, но, поскольку они были людьми необразованными, и нельзя не сказать о том, каким образом они вели себя у нас, чтобы образованные люди узнали, сколь велико их варварство и сколь грубы и неотесанны эти подмастерья и ослы&;#187;. - Якоб Ульфельд, датский дипломат (1578 г.)

&;#171;На это нам ответили, что мы сейчас находимся в России и нам следует подчиняться их указаниям и вести себя так, как они предписывают, ибо в каждой стране свои обычаи, которым каждый человек должен следовать; и они не сомневаются, что нам совершенно ясно, что всякая струйка должна следовать течению вод, тому, куда они текут. Услыхав это и подобное этому, мы прониклись столь большим отвращением к их поведению, что невозможно этого даже сказать, не то что написать

&;#171;Восточные славяне жили племенными общинами, в хозяйстве у них господствовал примитивный метод, вполне соответствовавший условиям их существования. У восточных славян не было ничего, что бы напоминало хотя бы самую рудиментарную форму государственности... Монголо-татары почти во всех отношениях культурно стояли выше русских&;#187;.- Ричард Пайпс, американский историк

&;#171;Народ, ничем не заявивший себя, непочтенный, считаемый наравне с рабами, неименитый, но приобретший себе славу со времени похода на нас, незначительный, но получивший теперь значение, смиренный и бедный, варварский, кочевой, гордящийся своим оружием, не имеющий стражи, неукоризненный народ&;#187;. - Фотий, константинопольский патриарх

У тебя плохо получается, хотя если я обратил внимание... Может и хорошо ! гордись !

&;#171;Но видя, что народ этот совершенно варварский и необразован, а потому не в состоянии выучить 24 греческих буквы, Кирилл и Мефодий изобрели и начертали для него 35 букв&;#187;. - Бандури дон Ансельм, историк (1671 1743 гг.)

&;#171;На Руси до Рюрика были, конечно, люди, но люди без государства; они жили как лесные звери, ничем не выделялись, без всякого общения с миром и потому никем из культурных европейцев не отмеченные и не описанные Дикие, грубые, рассеянные славяне начали делаться общественными людьми только благодаря посредству германцев, которым назначено было судьбою рассеять в северо-западном и северо-восточном мирах первые семена цивилизации&;#187;.- Август Людвиг Шлёцер, немецкий историк (1735 - 1809 гг.)

&;#171;Русские хитры, лукавы, упрямы, невоздержанны, сопротивляющиеся и гнусны, ко всякому злу склонные, употребляющие вместо рассуждения насилие&;#187; - &;#171;Путешествие в Московию датского посланника Якова Ульфельда в в.&;#187;.

&;#171;Купцы и все деловые люди Московии все время лгут, и очень легко обманывают, им нельзя доверять никаких денег - их могут присвоить. Верить в долг русским невозможно, всякие оставшиеся без присмотра товары непременно будут разворованы&;#187;. - Генрих Штаден, &;#171;О Москве Ивана Грозного. Записки немца-опричника&;#187; (1578 г.)

&;#171;Они очень наклонны ко злу, легко лгут и воруют&;#187;, Рафаэль Барберини, &;;Путешествие в Московию&;;, 1565 г.

Если бы какой царь царствовал так, как короли в Европе, то есть руководил бы государственными делами, не вмешиваясь в частную и общественную жизнь своих граждан, то московиты такому не повиновались бы и наверняка убили бы Московские воины по собственной воле, без приказа любят жестоко издеваться, пытать заключенных. В Московии всегда и везде можно за небольшие деньги найти лживых свидетелей, которые поклянутся на кресте и Евангелии в церкви. Даже у турок нет такого гадкого лакейства перед высшими и такого жестокого издевательства над низшими, беззащитными - Сигизмунд барон Герберштейн-Нейперг-Гюттентаг, там же

Учиться от чужаков хоть приличному поведению не хотят, считая свое лучшим. Эта нация, родившаяся и воспитанная в рабстве, бесится, когда хоть немного ослабляется деспотия царя. Москвиты покорны только если взнузданны и в ярме Высшие сословия, хотя и сами рабы, обращаются с низким, как с рабами. Не имея простейшей культуры, московиты считают обман наибольшей мудростью. Во лжи они не знают ни границ, ни малейшего стыда. Обыкновенные человеческие добродетели такие чужие, непонятные московитам, что они подлость считают за высокую добродетель Этот народ ненавидит свободу, протестует, если ему набрасывают ее.

Вся московская нация находится в худшем рабстве. Все и каждый без различия сословия, вместе с министрами являются рабами. Высокие вельможи подписывают свои письма к царю &;#171;твой холоп и раб Ивашка или Петрушка&;#187; и т. п. Если бы кто подписал Иван или Петр, то потерял бы жизнь. Московиты убеждены, что вся их страна со всеми богатствами и со всеми людьми является частной собственностью царя, и он имеет божественное право делать, что захочет, с поместьями и людьми. Московиты не имеют простых моральных устоев.

&;#171;Этот народ имеет более наклонности к рабству, чем к свободе. Я слышал, как слуги жаловались, что господа недостаточно бьют их. Москвичи считаются хитрее и лживее чем все остальные... Если они начнут клясться и божиться, знай, что здесь скрывается обман, ибо они клянутся с целью обмануть...&;#187; советник-камергер и начальник Австрийского государственного казначейства Сигизмунд барон Герберштейн-Нейперг-Гюттентаг, &;;Записки о Московитских делах&;;, 1549 г.