Корреспондент: Последний Гоа. Летом глухие уголки крымского побережья превращаются в маленькие Гоа

Летом глухие уголки крымского побережья превращаются в маленькие Гоа - места дикой свободы и свободной любви, где граждане городов Украины, Беларуси и России прячутся от цивилизации и главных ее "апостолов" - интернета и мобильной связи, - пишет Кристина Бердинских в №30 журнал Корреспондент от 5 августа 2011 года.

Полчаса ходьбы по узкому каменистому пляжу от поселка Курортное, что на юго-востоке Крыма, в сторону подножья горы Эчки-Даг - это путь от сытой курортной цивилизации к дикому и непредсказуемому отдыху.

На глазах уменьшается концентрация шезлонгов и зонтиков, и с места, где воткнуто в песок последнее складное укрытие от солнца, дорога превращается в тропу, ведущую к Лисьей бухте - самому известному дикарскому и хипповому пляжу Крыма. Здесь есть лишь песок, палатки, обнаженные тела и музыка барабанов.

На этот маленький островок свободы, куда еще во времена Советского Союза приезжали рок-звезды Виктор Цой, Андрей Макаревич и другие альтернативщики, сегодня потянулись толпы обычных горожан, желающих первобытного покоя.

Отдых в палатке, купание голышом и секс на пляже входят в моду. "В цивилизации хочется раздеться, сбросить с себя весь этот груз информации, и не получается. В Лисью же бухту человек приезжает побыть самим собой, и его принимают таким, каким он есть", - говорит Корреспонденту радиоведущая из Ялты, не пожелавшая назвать свою фамилию. Выйдя из моря, отдыхающая нежится на каремате под лучами яркого солнца. Из одежды на ней - соломенная шляпа.

В цивилизации хочется раздеться, сбросить с себя весь этот груз информации, и не получается. В Лисью же бухту человек приезжает побыть самим собой, и его принимают таким, каким он есть

С каждым годом в Лисьей бухте собирается все больше туристов. И если еще десять лет назад расстояние между соседними палатками составляло 200-300 м, то сейчас они стоят одна возле другой. Этим летом здесь коротали дни и ночи около 1 тыс. человек.

Однако бухта - это уже почти олл-инклюзив: цивилизация слишком успешно продвинулась в эти прежде малолюдные края вслед за толпами дикарей. В бухте появились платные туалеты, душ, продается питьевая вода. За 7 грн. можно зарядить мобильный телефон. К тому же местные развернули здесь бурную торговлю - начиная от продуктов питания и заканчивая солнцезащитными кремами.

И теперь за реальной тишиной ошалелые от города люди забираются еще дальше - на мыс Меганом, заброшенный и окруженный скалами кусок крымского побережья. Здесь нет ни электричества, ни общепита. А чтобы добраться сюда, нужно пройти по обрывистым скалам. На это осмелились не более сотни отдыхающих со всего бывшего СССР. Но они получили то, что хотели, - абсолютную свободу.

Голова в песке

Если отвлечься от одинаковых голых и полуголых тел и всмотреться в лица, понимаешь, что разнообразие человеческих типов в Лисьей бухте поразительное. На местном песочке нашлось место и для богемы - писателей, художников, музыкантов, и для панков, и для офисных работников.

К примеру, знакомство Корреспондента с "местными" началось под чарующие звуки, извлекаемые из гитар молодыми - по 27 лет - киевлянами Славиком Булиным и Александром Миловым. Первый мало того что музыкант и участник некой рок-группы, так еще и назвался "церковником", работающим в Киево-Печерской лавре.

Следующий знакомец представляет кардинально иной слой городского населения. Это 54-летний Михаил Кокотчиков, сделавший журналистам замечание, что они ходят по нудистскому пляжу в одежде. "Мест для текстильного отдыха [в купальниках и плавках] в стране хоть отбавляй, но мест для отдыха голых людей мало. И даже тут пытаются испортить атмосферу", - произнес человек, который в голом виде появляется здесь каждое лето начиная с 1995 года, а в одетом виде уже много лет работает в Киеве врачом.

Нюшка - дальняя часть пляжа, где расставляют свои палатки в основном семьи с маленькими детьми.Ночью там тишина и покой. Ближе к центру раскинулись тела постояльцев Ямайки - они растаманы и хиппи, часто проводят у себя концерты и файер-шоу. Самая"цивилизованная" часть пляжа называется Пикадилли - ее кроме отдыхающих оккупировали еще и местные татары, расставив на берегу свои кафе и чайханы. В бухте есть и Зеленка - там растут деревья, и другие "зоны" помельче.

И так было всегда и везде - каждая новая компания, развалившаяся на пляже, была непохожа на предыдущую и следующую.

Разнообразие "видов" привело к тому, что это место много лет назад разделилось на несколько условных зон. Например, Нюшка - дальняя часть пляжа, где расставляют свои палатки в основном семьи с маленькими детьми. Ночью там тишина и покой. Ближе к центру раскинулись тела постояльцев Ямайки - они растаманы и хиппи, часто проводят у себя концерты и файер-шоу. Самая "цивилизованная" часть пляжа называется Пикадилли - ее кроме отдыхающих оккупировали еще и местные татары, расставив на берегу свои кафе и чайханы. В бухте есть и Зеленка - там растут деревья, и другие "зоны" помельче.

Однако есть один фактор, который в последнее время стал объединяющим для всех этих мест, - мусор. Людей стало слишком много, и за собой они принесли горы отбросов.

В Лисьей бухте никогда не знаешь, что будет через минуту. Но и без особых приключений здесь всегда есть море, солнце, музыка и чача

А ведь когда-то бухта выглядела иначе. Парень с дредами и тату на плече, житель Подмосковья по имени Лев, сидя на песчаном пляже в лучах заходящего солнца, живописал Корреспонденту романтические виды Лисьей бухты десятилетней давности: "Сюда женщины приезжали, чтобы рожать в море. За питьевой водой надо было идти на родник в горы. Никаких удобств, и только свобода". Он каждое лето живет здесь по полтора-два месяца и делает это так давно, что уже сбился со счета.

Но ни мусор, ни кафешки, ни толпа "текстильщиков" не отпугивают от этого места тех, кто приезжает сюда за особой атмосферой.

23-летние минчане Настя и Виталий Суворовы появились в бухте в середине июля. И сидеть здесь собираются приблизительно до середины сентября - к тому времени у них должны закончиться деньги. В столице Беларуси у ребят хипповский магазин.

Настя, яркая девушка с африканскими косичками - красными, оранжевыми, белыми и хенд-мейд-сережками, рассказывает, что они с мужем давно слышали об этом месте. Но лишь в нынешнем году решили приобщиться к местной жизни, "чтобы городской мозг отдохнул и восстановился". "Здесь где упал, там и дом", - говорит Суворова.

Чем ближе вечер, тем ощутимее разносится запах "травки". Без него представить себе воздух в бухте просто невозможно.

Живут оба в режиме солнца - просыпаются рано утром, а дальше как день заладится. "В Лисьей бухте никогда не знаешь, что будет через минуту. Но и без особых приключений здесь всегда есть море, солнце, музыка и чача [виноградный самогон]", - говорит Виталий Суворов.

Подобные прелести привлекают не только публику из стран СНГ. Этим летом в Лисьей бухте некоторое время "зависали" поляки, немец и литовец.

Однако в бухте есть не только чача и вино, уточняет Кокотчиков. Чем ближе вечер, тем ощутимее разносится запах "травки". Без него представить себе воздух в бухте просто невозможно.

Впрочем, это не означает, что курят здесь все. Например, врач-патологоанатом Кокотчиков ведет весьма здоровую жизнь - ничего не употребляет, купается, загорает, мажется лечебной вулканической глиной, а на "десерт" собирает на берегу камушки - сердолик и халцедоны.

Единственная связь, прервать которую способны лишь единицы, - это деньги. От влияния этого фактора не отмахнуться, его можно лишь минимизировать. Например, до уровня киевлян Булина и Милова - им хватает в день на одного по 60-100 грн.

Каждый из обитателей бухты владеет собственным рецептом освобождения от обычного мира. Единственная связь, прервать которую способны лишь единицы, - это деньги. От влияния этого фактора не отмахнуться, его можно лишь минимизировать. Например, до уровня киевлян Булина и Милова - им хватает в день на одного по 60-100 грн. "Это с покушать и выпить", - уточняет Милов.

А можно освободиться еще больше, как киевский сервис-инженер Константин Диденко, приезжающий в Лисью бухту девятый год подряд. Он считает, что с деньгами вопрос решается достаточно просто: вначале ты кормишь-поишь всех, а потом живешь за счет тех, кого ты поил и кормил. Ведь все здесь - сестры и братья. "Главное, что голова в песке - значит, не бывать тоске", - смеясь, заключает Диденко.

Крымский Энерджайзер

Из года в год наплыв "матрасников" - так лисьебухтовские дауншифтеры называют тех, кто приезжает в бухту не хипповать, а наблюдать за хиппующими, увеличивается. А все потому, что к местному пляжу можно подъехать. "Раньше, если кто-то приезжал на машине, с него все ржали: сюда ведь добирались автостопом", - говорит Лев.

А вот на гору и мыс Меганом, что в 8 км от Судака, на машине заехать невозможно. Поэтому там расположились люди, которые мигрировали из цивилизованной Лисьей бухты. Автомобильная дорога ведет лишь в Капсель - часть Меганома, где расположен кемпинг с трейлерами. На дикий пляж придется идти пешком, причем тропы тянутся по скалам.

Меганом долгое время была закрыт для свободного посещения - здесь находились секретные военные объекты. Но в начале 1990-х все ограждения сняли, и сюда потянулись те, кому свобода дороже благ цивилизации. Таких смельчаков немного - в этом году Корреспондент насчитал на пляже и в окружающих его скалах не более сотни человек.

На гору и мыс Меганом, что в 8 км от Судака, на машине заехать невозможно. Поэтому там расположились люди, которые мигрировали из цивилизованной Лисьей бухты

То, что в Лисьей бухте вспоминают с сожалением - походы к роднику за питьевой водой, отсутствие мобильной связи и общепитов, и только природа в первозданном виде, - на Меганоме сохранилось.

Склоны окружающих гор почти лишены растительности, поэтому даже тень - проблема, говорит йог Олег из Запорожья. Уравновешенный и расслабленный, он скрылся от солнца под огромным камнем. Такой отдых не каждому по вкусу, уверен последователь индийской науки управления телом.

Сам он приезжает на Меганом, чтобы усилить свои духовные возможности и зарядиться энергией. "Ту энергию, которую получаешь в городе за неделю или месяц, здесь можно впитать за один день", - рассказывает Олег.

Именно йоги - одна из самых распространенных групп меганомовского населения. Они устраивают здесь летние сессии и мастер-классы, потому что убеждены: это место особой силы. "В Гималаях есть долина йогов, в которую могут попасть только избранные. Наш Меганом - это что-то подобное", - уверяет запорожский йог.

Именно йоги - одна из самых распространенных групп меганомовского населения. Они устраивают здесь летние сессии и мастер-классы,потому что убеждены: это место особой силы

Впрочем, каждый меганомец использует местную энергию по-разному. Например, 25-летний музыкант Михаил Фомин, приехавший в Крым из Санкт-Петербурга, взял с собой барабан джембе. В компании, состоящей из трех питерцев, это не единственный музыкальный инструмент. Есть еще и диджериду - духовой музыкальный инструмент аборигенов Австралии. "Рисуем, играем на музыкальных инструментах, книги читаем", - перечисляет перечень своих крымских дел Фомин.

Рядом, укрывшись от палящих лучей дневного солнца под навесом, его подруга, 23-летняя Вика Эстерлин, читает вслух Жизнь насекомых Виктора Пелевина.

Поодаль йоги небольшой группкой учат асаны. Одна из них, девушка с обнаженной грудью, старательно повторяет за учителем движения, выдерживая ритм дыхания. Но на нее никто не обращает особого внимания: Магеном такая же Мекка нудистов, как и Лисья бухта.

А вот у 23-летнего Евгения Вовденко, фотографа из Киева, энергия расходуется на иное. Корреспондент встретил его у подножия горы с огромным черным мусорным пакетом в руках, куда киевлянин набросал бутылки, банки и прочий хлам, который ему встречался по дороге.

"Дом это не только там, где ты живешь. Дом и там, где ты идешь. А в доме всегда должно быть чисто", - говорит Вовденко и, медленно спускаясь вниз, к пляжу, исчезает за скалами. Там же, где остался и сам Меганом, - последний Гоа на карте Украины.

***

Этот материал опубликован в №30 журнала Корреспондент от 5 августа 2011 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент запрещена.