ГлавнаяУкраинаПолитика
 

Луценко будет трудно. Интервью с Пискуном

Корреспондент.net, 21 июня 2016, 07:21
26
12864
Луценко будет трудно. Интервью с Пискуном
Фото: Дмитрия Никонорова
Пискун заявил, что в Украине нужно создавать условия, когда чиновнику будет невыгодно брать взятку

Экс-генпрокурор Святослав Пискун дал интервью журналу Корреспондент.

Этот человек в своей жизни поставил один знаменательный рекорд – он три раза возглавлял Генеральную прокуратуру. Из ныне здравствующих, получается, самый заслуженный генпрокурор, пишет Елена Гордеева в №22 журнала Корреспондент от 10 июня 2016 года.

Кому же ещё в таком случае комментировать первые шаги Юрия Луценко на том же посту? А также строить прогнозы и анализировать перспективы реформы ведомства. 

- Меня сейчас все спрашивают об этом: почему Президент назначил туда своего человека? – улыбается Пискун. - Я задаю встречный вопрос: а чьего человека Порошенко должен был туда назначить? Вашего?

- Ну, говорят же, нейтральную фигуру, профессионала. Желательно, специалиста новой волны…

- Но у нас нет нейтральных, нет новых. Или из старой гвардии, или твердят о демократии и одновременно сидят на грантах, то есть, получают деньги за свои взгляды. Гранты исключают нейтральность.

Цвести буйным цветом

- Но ведь нашли грузинов, литовцев, поляков...

- В своём государстве нужно разбираться самим. Я по этому поводу всегда хочу спросить, что они такого выдающегося сделали, что нам не под силу?

- Возможно, они менее коррумпированы?

- Из украинцев сегодня пытаются сделать такую вот суперкоррумпированную нацию. А мы ведь такими никогда не были. Взять, например, период СССР. Там были коррумпированные республики – Таджикистан, Азербайджан, даже Россия. Но не Украина! В Украине законы соблюдали, проявления коррупции были редким явлением.

Нас сделали коррумпированными в 90-е годы – неправильными законами, нечестной приватизацией, чудовищным расслоением общества, когда одни стали слишком бедными, а другие слишком богатыми. Мы всегда были красивой страной с умными людьми, европейским менталитетом, огромными богатствами, плодородными землями. И вот, смотрите, - мы коррумпированные, бедные, безграмотные, безработные…

Европе и США очень выгодно говорить, что Украина – коррумпированная страна, что у нас всё погрязло в коррупции, у нас проблемы и нам нужна помощь. Но даже сейчас, при нынешнем положении дел, я хочу спросить, неужели мы более коррумпированы, чем, скажем, Молдавия или Болгария?

Просто у Запада подход такой: чем больше нам говорят, что мы коррумпированы, тем больше нас отодвигают от евроинтеграционных процессов. 

Фото Дмитрия Никонорова 

- А мы не коррумпированы? Силовики у нас честно живут на зарплату, прокуратуру обвинять в чём-то подобном вообще грех… Так, что ли?

- Все говорят о коррумпированной прокуратуре, но это не совсем правда. Я недавно читал исследование о самых коррумпированных органах в Украине. На первом месте врачи, затем учителя, на третьем - суды, четвертое место – МВД и только пятое – прокуратура. 7% опрошенных сказали, что платили взятку прокурору.

Смешно утверждать, что в прокуратуре нет коррупции, когда общество пронизано ей. Более того, в прокуратуре за последние 6 лет коррупция стала цвести буйным цветом.

Помню, когда я работал, да и сразу после меня, такой коррупции не наблюдалось, не было ещё коммерческого проекта «Генеральная прокуратура». У нас сотрудников проверяли, привлекали к ответственности.

Сейчас никто никого не проверяет и не привлекает. Работают по стандартной схеме – поймали бизнесмена, открыли производство, закрыли счета, испортили имидж – а затем, после нервотрепки и взятки, так же спокойно закрыли производство. И никто за это не в ответе.

У нас за закрытое дело был, как минимум, выговор прокурору района, а то и прокурору области. Могло закончиться служебным несоответствием, потому что он обязан был контролировать законность действий следователя. Нынче тысячи уголовных производств незаконно открывают и так же незаконно закрывают.

Всё потому, что сегодня по любому делу или липовому доносу нужно открывать производство – написал какой-то псих на вас донос, производство открыли. В это же время псих получает на руки сатисфакцию с номером и бегает, всем рассказывает, что он добился, чтобы против вас открыли дело. А что делать дальше с открытым производством, кроме как его закрывать? Конечно, закрывают, но псих уже бегает и всем рассказывает, что в прокуратуре коррупция, и вы откупились. А куда прокурору девать производство против вас, если изначально даже смысла не было его открывать?

Соответствующие изменения в криминально-процессуальный закон были внесены умышленно при Викторе Януковиче. В итоге имеем 4,5 млн открытых уголовных производств, из которых 4 млн нужно закрывать – а это значит коррупция

Соответствующие изменения в криминально-процессуальный закон были внесены умышленно при Викторе Януковиче.

В итоге имеем 4,5 млн открытых уголовных производств, из которых 4 млн нужно закрывать – а это значит коррупция, потому что раз закрывают, значит, обязательно кто-то заплатил. И из этих 4 млн производств за 2 млн действительно возьмут деньги – потому что не каждый хочет испортить себе имидж, потерять кучу времени, дожидаясь, когда против него будет открыто производство.

То есть, мы породили огромного коррупционного монстра. Команда Януковича очень хотела этим законом повысить роль адвокатуры в данной системе, чтобы адвокаты получили побольше работы. Они её получили, потому что если каждый третий взрослый человек у нас ходит под уголовным производством, то каждый второй как минимум зайдёт к адвокату за консультацией.

Фото Дмитрия Никонорова 

- Но ведь ни Андрея Портнова, разработавшего новый КПК, ни Януковича мы уже третий год не наблюдаем... Между тем, никто, кроме вас, кодекс не критикует. Наоборот, говорят, он соответствует европейским стандартам.

- О каких европейских стандартах можно говорить, если там ни в одной стране нет возможности открывать уголовное производство по доносу, без проверки? И убрать эту норму некому у нас – депутатам всё равно, против них никаких производств не открывают…

Когда депутаты на Майдане обещали отказаться от депутатской неприкосновенности – я на миг в это поверил. И я поверил, что среди 4,5 млн уголовных производств хотя бы часть будет открыта против тех же депутатов, и они изменят этот закон. Но ничего такого не случилось – депутаты неприкосновенны, а остальным людям предоставили возможность выкручиваться, кто как может.

Работать в бардаке

- Почему со стороны Генпрокуратуры не было инициатив убрать этот атавизм времен Януковича-Портнова?

- Этот вопрос нужно было поднимать каждому генпрокурору, который пришёл после революции достоинства. Просто потому, что в таком бардаке невозможно эффективно работать. Но каждый допускал одну и ту же ошибку  – они не анализировали ситуацию с ростом преступности в Украине, ситуацию с объёмами возбуждённых уголовных производств, ситуацию с тем, сколько дел было отправлено в суд и сколько не нашли в суде своего решения, и боялись испортить отношения с депутатами. Не знаю, чего не хватило генпрокурорам – времени или опыта, может быть политической логики…

- Олега Махницкого, Виталия Ярему, Виктора Шокина, думаю, вы лично знаете. Почему же не посоветовали?

- В первые дни после их назначения я заходил к каждому генпрокурору – поздравлял с назначением, делился мыслями по поводу работы, даже советы давал осторожно – что бы я сделал, чтобы ГПУ стала работать лучше. Но вот слышать меня или не слышать – это личное решение каждого. Единственный генпрокурор, который меня услышал, – Александр Медведько. Благодаря тому, что он меня услышал, он и пробыл генпрокурором полных 5 лет. Остальные не продержались даже года.

Фото Дмитрия Никонорова 

- А Виктор Пшонка?

- А Пшонка не руководил Генпрокуратурой. Там всем руководил Виктор Фёдорович, а Пшонка был верным солдатом, который исполнял приказы.

- Как бы вы оценили прокуроров послемайданной власти?

- Скажу так: это приоритет Президента - выбирать себе человека в генпрокуроры. Президент не юрист, у него есть советники, который сообщают о тех или иных качествах человека. Думаю, зачастую человека описывают в сказочной форме, или сам кандидат описывает свои сказочные способности.

Президент – человек доверчивый, и в связи с этим он принимает решение, поверив на слово или кандидату, или советникам. А потом, когда появляются проблемы между Президентом и генпрокурором, это обязательно заканчивается увольнением генпрокурора, потому что Президента уволить сложнее. 

Один раз в США уволили президента Ричарда Никсона за то, что он снял генпрокурора – но это единичный случай, как правило всё наоборот. Если генпрокурор настаивает на своей позиции, а Президент его не слышит – отношения заканчиваются.

Меня, например, снимали три раза с должности. Правда, я потом восстанавливался, в том числе через суд, доказывая президентам, что законы нарушать нельзя даже им.

- Как со стороны вы бы оценили работу Виктора Шокина?

- Я не исследовал результаты его работы как генпрокурора, но если вскользь глянуть – результатов нет.

- Юрий Луценко без образования выгодней?

- По видимому, у Юрия Луценка есть личные качества, которые нравятся Президенту. Скандалы в прокуратуре были и будут. И у меня тоже были скандалы и у других генеральных они были.  Самое главное, чтобы все эти противоречия нашли законное разрешение.

Человек закона

- Вы были генпрокурором, который был удобным для Виктора Ющенко?

- А я не был генпрокурором Ющенко или Кучмы, я был человеком закона. И не угодил ни тому, ни другому – потому что делал всё, как требовал закон.

- Почему же сейчас Пётр Порошенко не может найти человека закона?

- А он считает, что Луценко будет человеком закона. У Петра Алексеевича – это четвертая попытка назначить достойного  генпрокурора, может, будет и пятая. Меня часто спрашивают, почему я нормально отзываюсь о Луценко? Да потому что я с ним работал и глупо его критиковать.

У нас были рабочие проблемы – но это была работа. Кроме того, Луценко всегда лично приходил на все мои совещания, и очень уважительно относился к требованиям генерального прокурора. 

Фото Дмитрия Никонорова 

- Но всё-таки интересно ваше мнение о перспективах генпрокурора, у которого нет образования.

- Компетентными и образованными могут быть его заместители - они должны знать, что и как делать. Я, конечно, тоже за то, чтобы генпрокурор был юристом, это всё-таки профессиональная работа. Но раз Президент и парламент решили, что это не первостепенной важности требование, значит, у них был свой резон.

Некоторые политические деятели кричат, что у нас все судьи и прокуроры коррумпированы, всех нужно стрелять… Но кто судить судей будет?  Во Франции в Средневековье ворам рубили руки и ноги. Так вот, как раз когда толпа собиралась поглазеть, как очередному вору будут рубить конечности, и совершалось наибольшее количество краж. В толпе легче всего было лазить по карманам.

- А выход какой?

- Нужно создавать атмосферу в стране, когда будет гадко брать взятку. Если у рядового госслужащего зарплата 60 тыс., ты получил звание, жильё, у тебя работает жена – то получается, уже гадко и несправедливо в таких условиях брать какие-то деньги.

А если у тебя зарплата 6 тыс., то брать вроде бы нормально, так как государство не обеспечивает тебя вообще ничем. Это притом, что на самом деле брать взятки ни в коем случае нельзя.

Когда мне говорят, мол, у вас, прокуроров, вон какие домища, я возмущаюсь. Потому что моя семья последние 12 лет декларирует 1 млн грн дохода – все члены моей семьи бизнесмены, они неплохо зарабатывают и открыли свой бизнес задолго до того, как я стал генпрокурором. Я веду к тому, что в каждом конкретном случае нужно разбираться. Я против огульных обвинений –  у тебя есть, значит, ты вор. Это неправильно.

У меня есть знакомый прокурор, который всю жизнь проработал в области и до сих пор не имеет собственного автомобиля, ходит пешком на работу – это мой товарищ и однокурсник.

Будет тяжело

- Юрий Луценко решил начать реформы с увольнений и сокращений. Насколько это оправдано?

- Разогнать половину сотрудников - не значит реформировать прокуратуру. Реформа – это когда что-то совершенствуют, меняют функции или порядок. Сегодня я не вижу, как можно изменить Генпрокуратуру, не поменяв Конституцию.

А под реформой нужно прежде всего понимать, чего мы хотим. Помните, во времена царя в России были суды, присяжные, следователи, адвокаты – и мятежников-большевиков не казнили. Затем победили большевики – и сделали «суд тройки», без документов, адвокатов, следствия... А ведь это тоже реформа судебной системы.

Но такого ли реформирования мы хотим? В государстве на сегодняшний день отсутствует какой-либо обоснованный анализ состояния преступности и борьбы с ней,  нет какого-либо обоснования о количестве правоохранителей в связи с криминогенной ситуацией, не используется опыт других стран по формированию и использованию правоохранительной системы.

Есть огульное обвинение судей, но обществу не предложена реформа судебной системы с учётом квалифицированной подготовки и отбора судей. Работа юстиции зачастую противоречит отдельным нормам Конституции и законам Украины.

В связи с этим, я считаю, необходимо создать и принять Верховной Радой свод законов в сфере гражданских, административных и уголовных правоотношений. Без этого в стране никогда не будет верховенства закона и права.

Фото Дмитрия Никонорова 

- Вы не говорите прямо, но получается, реформаторы идут не туда. Два года назад Давид Сакварелидзе начал реформы в Генпрокуратуре и на открытом конкурсе набирал сотрудников. Это всё было зря?

- Работа в прокуратуре – это очень специфичный вид деятельности. И человек, который не понимает, как расследуется дело, какая во всём этом роль потерпевшего или адвоката, не может там работать. А как руководитель может осуществлять письменное руководство процессом, если руководитель сам не расследовал ни одного дела? Это же просто смешно.

- Вам не кажется, что всё вами сказанное означает лишь одно - Юрию Луценко придётся тяжело?

- Думаю, да, тяжело. Но всё дело в том, что генпрокурор ничего не подписывает. Поэтому и спроса с него не будет никакого. В своё время очень большой резонанс в обществе вызвал тот факт, что я лично подписал постановление о закрытие дела относительно Юлии Тимошенко. Все были удивлены, что я сделал это, хотя я мог этого и не делать - достаточно подписи следователя.

- Вы не думаете о том, чтобы вернуться в генпрокуратуру или политику?

- О прокуратуре я даже думать не хочу! А политика, скорее всего, со временем сама ко мне прийдет.   

***

Этот материал опубликован в №22 журнала Корреспондент от 10 июня 2016 года. Перепечатка публикаций журнала Корреспондент в полном объеме запрещена. С правилами использования материалов журнала Корреспондент, опубликованных на сайте Корреспондент.net, можно ознакомиться здесь.

СПЕЦТЕМА: СюжетыИнтервью
ТЕГИ: ГенпрокуратураинтервьюреформыполитикаСвятослав Пискун
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Загрузка...
Loading...

Корреспондент.net в cоцсетях